было по-тихому мой наступил черёд
плясать под чужую дудку заказывай милый бог
-1-
голубь летит с посылкой едва ли он сознаёт
что за груз привязан к одной из ног
серое небо не подражает сизым краям пера
гнёт ветер ветви в знак своего присутствия
голубь не знает что его возвращение с плеч гора
для хозяйки что у окна сидит целыми сутками
нет ему всё равно война или не война
нет бросающих хлеб но и кошки прячутся
голубю всё равно кто агрессор и чья вина
смерть его благосклонная ждёт из другого окна таращится
-2-
серое небо и серое море
а душа к цветам безразлична
никто не отпоет её не омоет
это участь тела в конце эпопеи, притчи
был бы птенчиком после птицей
различал бы цвета оттенки
для человека нет veni vidi vici
а долгая жизнь кажется коротенькой
и ничего в ней нет ни любви ни злобы
если оглядываться лишь пустота и серость
неприятно думать о том что могло быть
что был твой кусок пирога
но без тебя всё прекрасно съелось
-3-
дым гул и снег
бетонная зубочистка держит за край плакат
замело все пути к весне
скоро самый ранний закат
даже сквозь ткань автобуса
проникает в ботинки холод
в пробке на маленькой точке глобуса
я неподвижно ненавижу свой город
-4-
это окошко жуткая шутка бога
мало того что видно через него немного
так ещё то ничтожное что удалось схватить
не вызывает других эмоций кроме итить
зимой оно замерзает и оттого мутнеет
давая воображению прелесть форы
и то перед ним предстает яснее
что не имеет формы
-5-
пока я смотрю в окно где-то может начаться война
случиться цунами или землятресение
я сижу в автобусе не информирован ни хрена
смотрю в окно как комнатное растение
не отрывая глаз от холодного застеколья
ворочаю мысли эгоистично
как бумага мечтает о дыроколе
заглядывая в мусор грезит о чём-то собака похожая на лисичку
когда я приду домой денег в кармане не обнаружив
и перевернув вещи свои вверх дном
прежде чем эмоции начнут просачиваться наружу
я пойму что самое интересное было не за окном
-6-
после осенней куртки зимняя как костюм медведя
на улице не задержишься кажешься нелюдимым
на выражения скуп и даже на слово беден
поэтому мизантропы наверное любят зимы...
Я волком бы
выгрыз
бюрократизм.
К мандатам
почтения нету.
К любым
чертям с матерями
катись
любая бумажка.
Но эту...
По длинному фронту
купе
и кают
чиновник
учтивый
движется.
Сдают паспорта,
и я
сдаю
мою
пурпурную книжицу.
К одним паспортам —
улыбка у рта.
К другим —
отношение плевое.
С почтеньем
берут, например,
паспорта
с двухспальным
английским левою.
Глазами
доброго дядю выев,
не переставая
кланяться,
берут,
как будто берут чаевые,
паспорт
американца.
На польский —
глядят,
как в афишу коза.
На польский —
выпяливают глаза
в тугой
полицейской слоновости —
откуда, мол,
и что это за
географические новости?
И не повернув
головы кочан
и чувств
никаких
не изведав,
берут,
не моргнув,
паспорта датчан
и разных
прочих
шведов.
И вдруг,
как будто
ожогом,
рот
скривило
господину.
Это
господин чиновник
берет
мою
краснокожую паспортину.
Берет -
как бомбу,
берет —
как ежа,
как бритву
обоюдоострую,
берет,
как гремучую
в 20 жал
змею
двухметроворостую.
Моргнул
многозначаще
глаз носильщика,
хоть вещи
снесет задаром вам.
Жандарм
вопросительно
смотрит на сыщика,
сыщик
на жандарма.
С каким наслажденьем
жандармской кастой
я был бы
исхлестан и распят
за то,
что в руках у меня
молоткастый,
серпастый
советский паспорт.
Я волком бы
выгрыз
бюрократизм.
К мандатам
почтения нету.
К любым
чертям с матерями
катись
любая бумажка.
Но эту...
Я
достаю
из широких штанин
дубликатом
бесценного груза.
Читайте,
завидуйте,
я -
гражданин
Советского Союза.
1929
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
