На старых-старых простынях
Художник лилии закрасил,
Вишневым цветом залил фон
На вкус – не сок , наощупь – шёлк.
Алхимик, оборотень, волк,
Знаток цветов, эссенций, масел
В реторты выливший настой
Из духа, сути, чувств и мяса
И получивший суп густой.
В полночный час под крики сов
Под взгляд луны в рисунок снов
Как в форму вылил этот вар,
Дождавшись, как утихнет жар.
И босиком гомункул нежный
Бежал по умершим листам
И падал с веток ветхий хлам,
Царапал кожу без одежды.
Умирает владелец, но вещи его остаются,
Нет им дела, вещам, до чужой, человечьей беды.
В час кончины твоей даже чашки на полках не бьются
И не тают, как льдинки, сверкающих рюмок ряды.
Может быть, для вещей и не стоит излишне стараться, -
Так покорно другим подставляют себя зеркала,
И толпою зевак равнодушные стулья толпятся,
И не дрогнут, не скрипнут гранёные ноги стола.
Оттого, что тебя почему-то не станет на свете,
Электрический счётчик не завертится наоборот,
Не умрёт телефон, не засветится плёнка в кассете,
Холодильник, рыдая, за гробом твоим не пойдёт.
Будь владыкою их, не отдай им себя на закланье,
Будь всегда справедливым, бесстрастным хозяином их:
Тот, кто жил для вещей, - всё теряет с последним дыханьем,
Тот, кто жил для людей, - после смерти живёт средь живых.
1957
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
