рыбы едят акулу,
солнце впивается в скулу
целую ночь пытаю,
скверная дочь, Паттая,
мысли каленым сердцем.
город любви и специй,
где о тебе забуду,
буду сидеть, как Будда?
скажешь «махрово халатен»,
скажешь «за плоть заплатим
плетью» и правды этой
нам не понять, эстетам
и не принять остаток –
нежных за талию взяток,
где на границе сути
руки тебя рисуют
словно обложку года
точку в пределах города
Бумага терпела, велела и нам
от собственных наших словес.
С годами притёрлись к своим именам,
и страх узнаванья исчез.
Исчез узнавания первый азарт,
взошло понемногу быльё.
Катай сколько хочешь вперёд и назад
нередкое имя моё.
По белому чёрным сто раз напиши,
на улице проголоси,
чтоб я обернулся — а нет ни души
вкруг недоуменной оси.
Но слышно: мы стали вась-вась и петь-петь,
на равных и накоротке,
поскольку так легче до смерти терпеть
с приманкою на локотке.
Вот-вот мы наделаем в небе прорех,
взмывая из всех потрохов.
И нечего будет поставить поверх
застрявших в машинке стихов.
1988
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
