Где-то домишко маленький,
Гревшийся на завалинке,
Горько вздохнул: «Наталенька,
Дедовы тополя
Помнишь ли? Было велено:
Молодо им, зелено,
Да чтобы за качелями
Не улетала земля.
А палисад сиреневый?
Молодью не ко времени
Вечно спешил выменивать
солнышка да тепла…»
Следом калитка всхлипнула
Чем-то резным липовым,
Да приоткрылась, хрипло так,
Будто кого ждала...
Боясь расплескать, проношу головную боль
в сером свете зимнего полдня вдоль
оловянной реки, уносящей грязь к океану,
разделившему нас с тем размахом, который глаз
убеждает в мелочных свойствах масс.
Как заметил гном великану.
В на попа поставленном царстве, где мощь крупиц
выражается дробью подметок и взглядом ниц,
испытующим прочность гравия в Новом Свете,
все, что помнит твердое тело pro
vita sua - чужого бедра тепло
да сухой букет на буфете.
Автостадо гремит; и глотает свой кислород,
схожий с локтем на вкус, углекислый рот;
свет лежит на зрачке, точно пыль на свечном огарке.
Голова болит, голова болит.
Ветер волосы шевелит
на больной голове моей в буром парке.
1974
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
