Замечал ли кто-нибудь ближе к вечеру,
Коридорами бредя эрмитажными:
Колет в спину взгляд человеческий
Из-под шляп старинных с плюмажами?
Что-то станет вдруг со слухом и зрением,
И моргнёшь, соврёшь «паркет рассыхается»,
Если скрипнет парусник реями,
Тень шмыгнёт вдоль Рембранта Харменса.
Зарумянятся красавицы пухлые,
Да поднимут глазки над вышивкой...
Ишь, как сердце у тебя бухает,
За версту уйди, будет слышно – как!
Заторопишься под видом усталости,
Перекрестят вслед старушки-смотрители.
Шепоток с картин: «И пожалуйста!»
Чудеса в наш век подозрительны.
Две сотни счетчик намотает, —
очнешься, выпятив губу.
Сын Человеческий не знает,
где приклонить ему главу.
Те съехали, тех дома нету,
та вышла замуж навсегда.
Хоть целый век летай по свету,
тебя не встретят никогда.
Не поцелуют, не обнимут,
не пригласят тебя к столу,
вторую стопку не придвинут,
спать не положат на полу.
Как жаль, что поздно понимаешь
ты про такие пустяки,
но наконец ты понимаешь,
что все на свете мудаки.
И остается расплатиться
и выйти заживо во тьму.
Поет магнитофон таксиста
плохую песню про тюрьму.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
