трещины, ржавые руки, в суставах вода,
мы не умрём от любви никогда, никогда,
что б ни случилось, мы вместе, мы слышим шаги,
червы и трефы в колоде до самых могил,
червы - сердечки и розы, рассветы и май,
трефы - в осеннюю слякоть оделись дома,
да, ещё бубны - стальных алебард острия,
...вечер приполз под окно, как больная змея,
вечер увидел, что ты разбросала следы
по облакам...
по обрывам...
под вечные льды...
лишь одного не заметил - как ты растеклась,
сердце своё наколов на пиковую масть,
по облепиховым склонам. вот так бы всегда
знать, что слова - только лишь продолжения рта,
что телефон - это только лишь мёртвый металл,
просто привиделось, просто немного устал,
что в рукаве обитает довольный король
и иногда ошибаются даже таро.
Я входил вместо дикого зверя в клетку,
выжигал свой срок и кликуху гвоздем в бараке,
жил у моря, играл в рулетку,
обедал черт знает с кем во фраке.
С высоты ледника я озирал полмира,
трижды тонул, дважды бывал распорот.
Бросил страну, что меня вскормила.
Из забывших меня можно составить город.
Я слонялся в степях, помнящих вопли гунна,
надевал на себя что сызнова входит в моду,
сеял рожь, покрывал черной толью гумна
и не пил только сухую воду.
Я впустил в свои сны вороненый зрачок конвоя,
жрал хлеб изгнанья, не оставляя корок.
Позволял своим связкам все звуки, помимо воя;
перешел на шепот. Теперь мне сорок.
Что сказать мне о жизни? Что оказалась длинной.
Только с горем я чувствую солидарность.
Но пока мне рот не забили глиной,
из него раздаваться будет лишь благодарность.
24 мая 1980
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
