Что такое поэзия? Этого я не знаю. Но если бы я и знал… то не сумел бы выразить своего знания или, наконец, даже подобрав и сложив подходящие слова, все равно никем бы не был понят
Позади – отчаянье «невстречи»,
трижды окаянный страх проснуться
и услышать пустоту в наушниках «оттуда»,
где ещё вчера так билось сердце у тебя
от потаённого «целую в губы много раз…»
Позади – обманчивая радость
от близости родного голоса,
а после жгучая обида на неведомо кого,
кто заставляет отключать и рвать на части
так невозможно неразъединимых нас…
Впереди – безумие не спавших
и глаз не отрывавших от часов,
считающих мгновенья до «не плачь!», «не плачу – рада…»
и свято верящих, что тридцать дней в апреле –
всего лишь дверь к тем самым поцелуям в губы…
Когда я утром просыпаюсь,
я жизни заново учусь.
Друзья, как сложно выпить чаю.
Друзья мои, какую грусть
рождает сумрачное утро,
давно знакомый голосок,
газеты, стол, окошко, люстра.
«Не говори со мной, дружок».
Как тень слоняюсь по квартире,
гляжу в окно или курю.
Нет никого печальней в мире —
я это точно говорю.
И вот, друзья мои, я плачу,
шепчу, целуясь с пустотой:
«Для этой жизни предназначен
не я, но кто-нибудь иной —
он сильный, стройный, он, красивый,
живёт, живёт себе, как бог.
А боги всё ему простили
за то, что глуп и светлоок».
А я со скукой, с отвращеньем
мешаю в строчках боль и бред.
И нет на свете сожаленья,
и состраданья в мире нет.
1995, декабрь
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
