Одна была скромна. Держалась крайне строго
Со всеми, кто просил хоть раз её руки.
И добрый говорил: «Какая недотрога!»
А злой ему в ответ: «Гадюкой нареки».
Вторая обожала "Феррари" и Канары…
С одним, с другим… и так – все ночи напролёт.
И добрый говорил: «Пропащая Тамара!»
И злой ему в ответ: «И счастья не найдёт!..»
А третья – под венец… Забыв про честь и ревность,
Творила «всё и вся» для наглого юнца.
И добрый говорил: «Немыслимая верность!»
А злой ему в ответ: «До смертного венца!».
Прошли года? (да нет!) – прошли десятилетья.
У первой – муж и сын, конечно, сорванец!
Вторая, как в раю, в стране, где вечно лето.
А третья – к Богу в рай: не выдержал юнец…
Сначала мать, отец потом
Вернулись в пятьдесят девятый
И заново вселились в дом,
В котором жили мы когда-то.
Все встало на свои места.
Как папиросный дым в трельяже,
Растаяли неправота,
Разлад, и правота, и даже
Такая молодость моя -
Мы будущего вновь не знаем.
Отныне, мертвая семья,
Твой быт и впрямь неприкасаем.
Они совпали наконец
С моею детскою любовью,
Сначала мать, потом отец,
Они подходят к изголовью
Проститься на ночь и спешат
Из детской в смежную, откуда
Шум голосов, застольный чад,
Звон рюмок, и, конечно, Мюда
О чем-то спорит горячо.
И я еще не вышел ростом,
Чтобы под Мюдин гроб плечо
Подставить наспех в девяностом.
Лги, память, безмятежно лги:
Нет очевидцев, я - последний.
Убавь звучание пурги,
Чтоб вольнодумец малолетний
Мог (любознательный юнец!)
С восторгом слышать через стену,
Как хвалит мыслящий отец
Многопартийную систему.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
