Если бы я был царь, я бы издал закон, что писатель, который употребит слово, значения которого он не может объяснить, лишается права писать и получает сто ударов розог
я не тебе - я себе напишу,
потому что не знаю, который из тысяч ты
почти-мой.
это "почти"
полмиллиграмма весит,
но ты учти:
я это себе говорю.
почти, -
не жозефине, терезе, да мать их в,
не вероникам смерти или строфы,
не проституткам честным, которых - "фи!" -
я это себе
о том, что, реви-не реви, -
одно "почти".
я же себе напишу, что намок рукав,
в документах много заполненных кровью граф,
каллиграфия рушится,
руки дрожат...
учти:
распишусь в получении -
это будет почти-
подпись,
почти -я,
почти вечная, заложенная в днк
ничья, -
ни одной фигуры из партии не украсть,
хотя много проще перекрасить масть,
кража кажется надёжнее.
потому,
задыхаясь в этом предбаннике, на пару, в дыму,
всё никак не пойму:
если вору рубить ладонь,
что рубить да кому за неистовый лохотрон,
засосавший в пред-кому штиль?
Понравилось... сложновато пишете, но при желании можно и понять, и оценить :)
рада. что понравилось...
неужели здесь - тоже сложно?:)
Да, мне оно тоже пришлось по душе :)
нааадо же)
муррсибо вам
Вот это стихотворение примагнитило. Наверное потому, что это самое "почти" уместно добавлять почти к любому определению (хороший, плохой, холерик, флегматик и т.д.). А Вам удалось это передать. Спасибо
примагнитить можно, да. оно само примагничивается. крохотный такой нюанс, казалось бы...
но эт уже псевдофилософствования какие-то
спасибо
неожиданно)
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Чёрное небо стоит над Москвой.
Тянется дым из трубы.
Мне ли, как фабрике полуживой,
плату просить за труды?
Сам себе жертвенник, сам себе жрец
перлами речи родной
заворожённый ныряльщик и жнец
плевел, посеянных мной, —
я воскурю, воскурю фимиам,
я принесу-вознесу
жертву-хвалу, как валам, временам
в море, как соснам в лесу.
Залпы утиных и прочих охот
не повредят соловью.
Сам себе поп, сумасшедший приход
времени благословлю...
Это из детства прилив дурноты,
дяденек пьяных галдёж,
тётенек глупых расспросы — кем ты
станешь, когда подрастёшь?
Дымом обратным из неба Москвы,
снегом на Крымском мосту,
влажным клубком табака и травы
стану, когда подрасту.
За ухом зверя из моря треплю,
зверь мой, кровиночка, век;
мнимою близостью хвастать люблю,
маленький я человек.
Дымом до ветхозаветных ноздрей,
новозаветных ушей
словом дойти, заостриться острей
смерти при жизни умей.
(6 января 1997)
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.