Нас уже давно коротнуло,
и со временем,
проскакивающие меж нами,
загадочные такие, огни св. Эльма
стали полувысохшими, в книгах не важно кого,
кляксами ильма.
Бури сначала переместились в стаканы с жидким азотом,
потом,
в "лучше промолчать",
в «поздно что-то менять (дети болеют, взрослеют, выросли, собака вот-вот умрёт)».
И незаметно став диэлек(три)ками –
(временами даже диэлек(четыре)ками) –
мы – всего лишь гербарий
нас – помнишь? – тех коротнутых?
А гербарий,
он засыхает каждый на своей странице…
жизнь флешдро
я флешдура набитая
чем бы еще натыкаться?
лепестками пионов, травкой, укропом в сметане?
валерианой
проложишь страницы засушенной памятью
и уже нет закладок "тут мой", "тут немой"
только листья,их запах, дыхание
Серёж... нужны ли тебе оценки? И как оценивать то, что оценить нельзя? Как и чем измерить глубину (высоту) мыслей?
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Над белой бумагой потея,
перо изгрызая на треть,
все мучаясь, как бы Фаддея
еще побольнее поддеть:
"Жена у тебя потаскушка,
и хуже ты даже жида..."
Фаддею и слушать-то скучно,
с Фаддея что с гуся вода.
Фаддей Венедиктыч Булгарин
съел гуся, что дивно изжарен,
засим накропал без затей
статью "О прекрасном" Фаддей,
на чижика в клеточке дунул,
в уборной слегка повонял,
а там заодно и обдумал
он твой некролог, Ювенал.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.