Плакала, плакала, плакала женщина-песенка,
Слёзы душили и нервно кривили лицо.
Боль некрасива – я быстро сбегаю по лесенке,
Зная, что буду себя величать подлецом.
Солнышко, солнышко, солнышко пряталось в облако,
Чёрный асфальт истекал у меня под ногой.
Странно, но я изменялся обличьем и обликом,
Словно на улицы города вышел нагой.
Господи! Господи. Господи… выслушай грешного –
Не во спасенье своё я взываю: «Спаси
Ту, что оставлена в омуте горя кромешного,
Ту, что желает шагнуть из окна в Небеси!»
Было ли, не было, было ли, не было прошлого?
Будет, не будет до станции «Завтра» маршрут?
Я никогда не забуду плохого-хорошего,
То, что архивы души прошнуруют-прошьют.
Памятью, памятью, памятью выстелю новое,
Не искажая во времени звуки имён.
Слышишь? Люблю! Ты прислушайся: снова и снова я
Буду незримо, но прочно тобою пленён!
Когда снег заметает море и скрип сосны
оставляет в воздухе след глубже, чем санный полоз,
до какой синевы могут дойти глаза? до какой тишины
может упасть безучастный голос?
Пропадая без вести из виду, мир вовне
сводит счеты с лицом, как с заложником Мамелюка.
…так моллюск фосфоресцирует на океанском дне,
так молчанье в себя вбирает всю скорость звука,
так довольно спички, чтобы разжечь плиту,
так стенные часы, сердцебиенью вторя,
остановившись по эту, продолжают идти по ту
сторону моря.
1975
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
