...тундины могли проверять, правильно ли говорит шаман о своих путешествиях, иногда даже подсказывали шаману во время камлания, как ему поступить в отношении встретившихся духов, душ и т.п., .. проверяли правильность камлания, силу шаманов..
А. В. Смоляк
Осень - эхо,
сухая трава.
У печи дрова
рядком.
За воротником
Душа,
За душой - леса,
За лесами - сова.
В глазах совы небеса
Со звездами.
Жил-был мальчик с проседью.
Звался мальчик Иван.
За глаза навьи,
За глаза-сафьян.
Летели гуси - ле...
На беду взяли е
с собой
Перпетутав с совой
За глаза полыньи,
За глаза-полыньи
Вместо карты и компаса.
А...
Прощай осень-су
Хая трава,
У печи дрова
С дымком.
За воротником - душа,
За душой - леса,
За лесами кругом
Звезды-лебеди.
(См. ответ Лиге).
Продолжение уже известно - все умерли. Самое интересное ведь начало...
Перечитала и увидела "перпетутав с совой" :))) Он теперь вечный ухарь?? Я правильно поняла? )))
Конечно! Он был и есть "вечным ухарь". Тут опечатки нет.
как будто на иностранном. класс.
Класс, встать! Входит иностранный...
Доколе, доколе (заламывает он руки), мы будем приклоняццо, МС, перед иностранным?
Ведь может же своих Платонов,
И быстрых разумом Нефтонов
Росийская земля рожать (с)
красиво как.. как всегда, красиво-грустно.
Чая (улыбаеццо)
Думает: Это от того тебе нравится, Чаечка, что у меня тож есть крылья, (маленькие такие, секретные) и они вращаюццо под шерстью типо "вентилятор"
А красота не бывает без грусти, грусть - это её продолжение, равно и наоборот. (улыбается)
что-то про грусть без любви слышала, ладно, красоту тоже возьмем (записываИт, старательно послюнявив карандаш)...
последнее время накрыло всякими иван-чаями (не без твоего пенделя), разнотравиями и просто шелестом сухой. вот как вижу-слышу-вспоминаю - прям переворачивается все внутри.
грусть над красотой - это предвидение утраты, знание. а как сопротивляться этому дураццкому знанию? улыбкой, я так думаю.
Говорят, что улыбка, - это трансформация гримасы угрозы, т.е. когда жывотная желала бы показать клыки, но не уверена, что надо что-то показывать и доказывать.
надо понюхать сначала - вдруг свои. говорят...
(ушла грустить)
ЗЫ: хорошо... хорошо, когда тебе где-то улыбаются... (грустно улыбается в ответ. хотела красиво, но так вот получилось)
ЗЗЫ: где-то=здесь.
Чая:)
а напиши такое про зиму, а?.. такое-такое...
А... напишу (говорит он надув грудь) может быть (говорит он сдувшсись грудью)
В ферале... наверное
:) ладно, потерплю как-нить... 38 дней)
почему 38-мь? Пушкин умер в 37-м. А мне ваще 45-ть, я уже полтора раза как должен умереть застереленным.
Правдо стрелки нынче не те..но тож хватает.
Стреляцо буду из АК 47. штоп уж навернка.
"38 дней" потому, что до конца февраля 38 дней осталось, и вот тогда приду к тебе на страницу искать тот самый зимний стих, который "может быть... в феврале ... наверное".
Предлагаю рассмотреть вариант переживания в два раза. Сначала Лермонтова, потом Пушкина. Пусть завидуют.
Тоже сказка...
Тож тож; и где твои сказки? Провокатор...
афигеть!
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Альберт Фролов, любитель тишины.
Мать штемпелем стучала по конвертам
на почте. Что касается отца,
он пал за независимость чухны,
успев продлить фамилию Альбертом,
но не видав Альбертова лица.
Сын гений свой воспитывал в тиши.
Я помню эту шишку на макушке:
он сполз на зоологии под стол,
не выяснив отсутствия души
в совместно распатроненной лягушке.
Что позже обеспечило простор
полету его мыслей, каковым
он предавался вплоть до института,
где он вступил с архангелом в борьбу.
И вот, как согрешивший херувим,
он пал на землю с облака. И тут-то
он обнаружил под рукой трубу.
Звук – форма продолженья тишины,
подобье развивающейся ленты.
Солируя, он скашивал зрачки
на раструб, где мерцали, зажжены
софитами, – пока аплодисменты
их там не задували – светлячки.
Но то бывало вечером, а днем -
днем звезд не видно. Даже из колодца.
Жена ушла, не выстирав носки.
Старуха-мать заботилась о нем.
Он начал пить, впоследствии – колоться
черт знает чем. Наверное, с тоски,
с отчаянья – но дьявол разберет.
Я в этом, к сожалению, не сведущ.
Есть и другая, кажется, шкала:
когда играешь, видишь наперед
на восемь тактов – ампулы ж, как светочь
шестнадцать озаряли... Зеркала
дворцов культуры, где его состав
играл, вбирали хмуро и учтиво
черты, экземой траченые. Но
потом, перевоспитывать устав
его за разложенье колектива,
уволили. И, выдавив: «говно!»
он, словно затухающее «ля»,
не сделав из дальнейшего маршрута
досужих достояния очес,
как строчка, что влезает на поля,
вернее – доводя до абсолюта
идею увольнения, исчез.
___
Второго января, в глухую ночь,
мой теплоход отшвартовался в Сочи.
Хотелось пить. Я двинул наугад
по переулкам, уходившим прочь
от порта к центру, и в разгаре ночи
набрел на ресторацию «Каскад».
Шел Новый Год. Поддельная хвоя
свисала с пальм. Вдоль столиков кружился
грузинский сброд, поющий «Тбилисо».
Везде есть жизнь, и тут была своя.
Услышав соло, я насторожился
и поднял над бутылками лицо.
«Каскад» был полон. Чудом отыскав
проход к эстраде, в хаосе из лязга
и запахов я сгорбленной спине
сказал: «Альберт» и тронул за рукав;
и страшная, чудовищная маска
оборотилась медленно ко мне.
Сплошные струпья. Высохшие и
набрякшие. Лишь слипшиеся пряди,
нетронутые струпьями, и взгляд
принадлежали школьнику, в мои,
как я в его, косившему тетради
уже двенадцать лет тому назад.
«Как ты здесь оказался в несезон?»
Сухая кожа, сморщенная в виде
коры. Зрачки – как белки из дупла.
«А сам ты как?» "Я, видишь ли, Язон.
Язон, застярвший на зиму в Колхиде.
Моя экзема требует тепла..."
Потом мы вышли. Редкие огни,
небес предотвращавшие с бульваром
слияние. Квартальный – осетин.
И даже здесь держащийся в тени
мой провожатый, человек с футляром.
«Ты здесь один?» «Да, думаю, один».
Язон? Навряд ли. Иов, небеса
ни в чем не упрекающий, а просто
сливающийся с ночью на живот
и смерть... Береговая полоса,
и острый запах водорослей с Оста,
незримой пальмы шорохи – и вот
все вдруг качнулось. И тогда во тьме
на миг блеснуло что-то на причале.
И звук поплыл, вплетаясь в тишину,
вдогонку удалявшейся корме.
И я услышал, полную печали,
«Высокую-высокую луну».
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.