Старенькое совсем. Где-то из первого десятка. Я тогда ещё не знала про однородные рифмы :)
(Оправдываюсь конечно..)
С утра ещё лето. Зелёное, босое.
А к вечеру... ба! Заявилась раскосая!
Она, как обычно, не скажет, не спросится,
Холодными лужами под ноги бросится,
Да гаркнет с порога: «Пришло моё времечко!»
И лету сухому - дождями по темечку.
Смеётся над ним: «Ну чего, синеокое?
Иди, не боись, посидим да поокаем.
Ну, дай, обниму. Ох, подумаешь, вымокло.
А то ничего, что мне душеньку вымогло?
Манило, дразнило последними грозами.
А я-то, дурёха, холодными росами
Рассыпалась... Нате вам… Ладно, остыла я.
Знать, переболела любовью постылою…»
И, плюнув на то, что забыть уж пора б его,
Уйдёт наряжаться до праздника бабьего.
Сердце бьёт в эрогенную зону
чем-то вроде копыта коня.
Человечество верит Кобзону
и считает химерой меня.
Дозвониться почти невозможно,
наконец дозвонился — и что? —
говорит, что уходит, безбожно
врёт, что даже надела пальто.
Я бы мог ей сказать: «Балаболка,
он же видео — мой телефон,
на тебе голубая футболка
и едва различимый капрон».
Я бы мог, но не буду, не стану,
я теперь никого не виню,
бередит смехотворную рану
сердце — выскочка, дрянь, парвеню.
Сердце глупое. Гиблая зона.
Я мотаю пожизненный срок
на резиновый шнур телефона
и свищу в деревянный свисток,
я играю протяжную тему,
я играю, попробуй прерви,
о любви и презрении к телу,
характерном для нашей любви.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
