Унылый вечер старой кошкой
окинет серым взором тихий дом
и будет, лёжа на диване, слушать
сухие стуки пишущей машинки –
поморщится: опять «любовь-морковь»,
но ничего не скажет. Пожалеет…
А лист бумаги стерпит в сотый раз,
впитает влагу вечной промокашкой
с сентиментальных строчек колыбельной
и будет множить грусть – на белом чёрным
бессчетно рифмовать «любовь-морковь»,
жалея автора, себя и тему…
Я пил с Мандельштамом на Курской дуге.
Снаряды взрывались и мины.
Он кружку железную жал в кулаке
и плакал цветами Марины.
И к нам Пастернак по окопу скользя,
сказал, подползая на брюхе:
«О, кто тебя, поле, усеял тебя
седыми майорами в брюках?»
...Блиндаж освещался трофейной свечой,
и мы обнялися спросонок.
Пространство качалось и пахло мочой —
не знавшее люльки ребенок.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
