Ветер щекочет локти.
Свистят поезда.
Люди ждут свой, их злости
хватит на то, чтоб занять места.
Здание вокзала огромно
и похоже на первичный мужской половой признак.
Строители полагали, что кроме
этой постройки самарцы ничего интересней не видели в жизни.
А когда выезжаешь - сразу реки, болота -
рыбаки на лодках, коряги и прочая муть
отражаются в них, не думая в них тонуть.
Далее горы мусора и, видимо, дачи.
Насчёт гор - других быть не могло и быть не могло иначе,
поскольку мусор не может взять и исчезнуть,
копясь на людских помойках, кормя собак
и слишком хилую оппозицию, которая честно,
но слишком несмело действует на местах.
Окно погружает то в деревенский быт,
то в заводскую действительность, где охранник
сторожит кучу щебня, похмелен, небрит,
он шагами рисует колеблющийся трёхгранник.
Но за окном всё больше - леса,
где ничья из двуногих может быть не ступала,
но стоит выше поднять глаза
и зелёная/красная крыша блеснёт металлом.
На заре ты ее не буди,
На заре она сладко так спит;
Утро дышит у ней на груди,
Ярко пышет на ямках ланит.
И подушка ее горяча,
И горяч утомительный сон,
И, чернеясь, бегут на плеча
Косы лентой с обеих сторон.
А вчера у окна ввечеру
Долго-долго сидела она
И следила по тучам игру,
Что, скользя, затевала луна.
И чем ярче играла луна,
И чем громче свистал соловей,
Все бледней становилась она,
Сердце билось больней и больней.
Оттого-то на юной груди,
На ланитах так утро горит.
Не буди ж ты ее, не буди...
На заре она сладко так спит!
1842
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
