...Чтобы увидеть Питер, мне не нужно покупать билет на поезд. Закрываю глаза, и Страна ветров и печали в оградной паутине благодарно возникает передо мной. Город, в котором была улица, на улице дом в двух шагах от Сампсониевского моста, где меня однажды тихо окликнуло счастье. О таком я даже никогда не читала, да и как это могло быть, ведь это было моё счастье. Мне казалось, что и сам Город той осенью был немного другим и часто думал обо мне…То листья избранно бросал в окно, то дождиком ласково тёрся о зонтик. Скорее всего, Город любил тебя, мой дорогой, но видя наши сплетённые на прогулке руки, учился хорошо относиться и ко мне - золотил цветы в моих руках, зажигал пуговки на плаще лучами уставшего солнца…
... Мой милый, нам было с тобой радостно помнить в Москве, что мы всегда-всегда, в любой момент, можем приехать в наш Город, пройтись от вокзала до липовой улицы, подняться на третий этаж дома в двух шагах от Сампсониевского моста и ощутить, как мы по-прежнему счастливы.
... А потом пришла беда. Как и счастье, она иногда тоже бывает реальной…И я уехала в заморскую страну, где жили настоящие Айболиты, делающие дорогостоящие операции. Время и болезнь диктовали свои законы, и однажды ты склонился надо мной и сказал:
- Я продам квартиру в Питере. И всё будет хорошо.
Я противилась и день и два, и много дней потом. И тогда ты сказал мне три слова... всего три слова, но я кивнула, закусив губу.
... Мы прожили с тобой целую жизнь после моего возращения.
... А потом я прожила и вторую жизнь, но уже без тебя, мой дорогой. Часто ездила в Город, который любил тебя и научился хорошо относиться ко мне. Шагая по липовой улице до дома (пусть давно чужого дома) в двух шагах от Сампсониевского моста, мне всегда было о чём вспомнить и о чём помолчать с тобой, мой милый, ушедший в Невозвратимость.
…Чтобы увидеть Город, наш с тобой Город, мне достаточно просто закрыть глаза. Уходят посторонние мысли, тают лишние звуки… Память пощадила многое и ещё один день из нашей жизни - я вижу отчётливо, как ты наклоняешься ко мне и произносишь три слова:
- Ты мой Питер…
Смерть жатву жизни косит, косит
И каждый день, и каждый час
Добычи новой жадно просит
И грозно разрывает нас.
Как много уж имян прекрасных
Она отторгла у живых,
И сколько лир висит безгласных
На кипарисах молодых.
Как много сверстников не стало,
Как много младших уж сошло,
Которых утро рассветало,
Когда нас знойным полднем жгло.
А мы остались, уцелели
Из этой сечи роковой,
Но смертью ближних оскудели
И уж не рвемся в жизнь, как в бой.
Печально век свой доживая,
Мы запоздавшей смены ждем,
С днем каждым сами умирая,
Пока не вовсе мы умрем.
Сыны другого поколенья,
Мы в новом - прошлогодний цвет:
Живых нам чужды впечатленья,
А нашим - в них сочувствий нет.
Они, что любим, разлюбили,
Страстям их - нас не волновать!
Их не было там, где мы были,
Где будут - нам уж не бывать!
Наш мир - им храм опустошенный,
Им баснословье - наша быль,
И то, что пепел нам священный,
Для них одна немая пыль.
Так, мы развалинам подобны,
И на распутии живых
Стоим как памятник надгробный
Среди обителей людских.
<1840>
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
