На линейке Сашка крутился. Ему казалось несправедливым, что все классы стояли компактными группами и могли рассматривать друг друга и разговаривать, хотя они-то были давно знакомы, а первоклашек построили в шеренгу перед всей школой, и можно было разглядеть только нескольких соседей. Далеко в стороне мама с папой в толпе других родителей приветливо махали и улыбались, когда он натыкался на них взглядом.
Наконец речи директора и завучей закончились, Сашка похлопал им вместе со всеми, как в театре, хотя даже не пытался понять, о чем они там говорили. Потом старшеклассники громкими голосами читали стихи о школе и благодарности учителям. Благодарности Сашка пока не испытывал и стихи не понравились.
Девочка с большими бантами позвенела колокольчиком, и учительница повела их на четвертый этаж. По дороге Сашка озирался, тихонько гладил крашеные стены и думал: "мои стены... моя лестница... мои перила... я школьник..." . Было интересно и немножко страшно. Он зашел в коридор второго этажа, заглянул на третий, заметил большие плакаты с какими-то фотографиями, решил, что потом их обязательно рассмотрит, слегка пробежался по четвертому, догоняя своих, в класс вошел последним и плюхнулся на свободное место.
- Здравствуйте, дети. Меня зовут Мария Семеновна. Я буду вас учить. А теперь давайте знакомиться. Пусть каждый встанет и громко скажет, как его зовут.
И началось:
- Света.
- Саша!
- Лиза!
- Сережа.
- Саша.
- Катя.
- Саша!
"Ого, сколько! Как же она нас отличит?" - он представил, как учительница вызывает Сашу, и к доске бегут десять человек. Когда до него дошла очередь, он встал и торжественно произнес:
- Александр Сергеевич!
Кто-то засмеялся, Мария Семеновна понимающе улыбнулась.
- Леночка.
Соседка. Маленькая, худенькая, почти прозрачная, и говорит еле слышно. Заморыш какой-то. Сашка решил, что потом пересядет. К мальчику. И будет с ним дружить.
- Я буду звать тебя Алекс, хорошо? - У Леночки и шепот был, как сухая травинка.
- Хорошо. - И подумал, что пересядет потом, не сегодня.
Учиться Сашке нравилось. Читать и считать он умел давно, только вырисовывать буквы поначалу было сложновато, но он старался. У Леночки дела шли похуже, она часто отвлекалась, о чем-то задумывалась, глядя в окно, приходилось толкать ее локтем, показывать нужную страницу в учебнике. Как-то само получилось, что он начал ее опекать, как младшую сестренку. После уроков брал ее рюкзачок и нес на первый этаж, где Леночку уже ждала бабушка. Одноклассники сначала посмеивались, особенно мальчики. Однажды, услышав брошенное в спину "Жениться пошел!" и смех, он остановился, поставил рюкзаки и, сжав кулаки, спросил у главного обидчика:
- Драться будем?
Тот пожал плечами:
- Да ладно, мне-то что. Носи хоть ее саму. - И отошел.
Больше насмешек не было.
В начале октября Леночка не пришла в школу. Но после уроков Сашка увидел в гардеробе ее бабушку.
- А Леночки сегодня не было.
- Я знаю, Алекс, она заболела, сейчас в больнице. У нас к тебе просьба. Ты не мог бы писать на уроках под копирку? А я буду каждый день приходить и забирать, и копирку приносить.
Бабушка протянула ему прозрачную папку с черными листами.
- Ну, я попробую. А Марь Семенна разрешит?
- Разрешит, - учительница, оказалось, стояла рядом и все слышала, - ты попробуй сначала дома, приноровись. Если не получится, что-нибудь придумаем.
- А что с Леночкой? - Сашка спросил просто так, из вежливости, подумаешь, заболела, он сам сколько раз болел. Но ответ бабушки его удивил. Он знал ангину, грипп, отит, а то, что он услышал, было больше похоже на название цветка. Красивое слово.
Копирка сначала не слушалась - то мялась, то выпадала, то вкладывалась не той стороной. Но постепенно дело пошло на лад, и Сашка решил, что справится. За ужином спросил:
- Мам, а лейкоз - это очень плохо?
- Очень. - Оказывается, мама знала эту болезнь.
- Значит, недели две выздоравливать?
- Может быть и больше. А бывает...
- Что бывает? Три недели? Четыре?
- Да ничего, поправится девочка. Сейчас лекарства хорошие.
Он был уверен, что после каникул увидит Леночку, но та не пришла. И бабушка ее не пришла. Сашка решил подождать, к тому же копирка кончилась.
- Иди домой, Саша. Леночка не придет. И под копирку тебе больше не нужно писать. - Вид у Марии Семеновны был расстроенный, будто она собиралась заплакать.
- У вас что-то случилось?
- Нет, у меня все в порядке. А Леночка теперь далеко.
- Уехала? А когда вернется?
- Она не вернется, Саш. Она у Бога.
- Это как в гостях?
Сашка представил, как его соседка по парте сидит за столом напротив седого старца с нимбом, между ними огромный самовар, они пьют чай и чинно разговаривают. Сколько можно выпить чаю?
- Кончится заварка и вернется.
- Она не вернется, - повторила Мария Семеновна, - она умерла.
Сашка нахмурился, потом заулыбался. Вот ведь взрослые, а врут, как дети. Он точно знал, что умирают только очень старые люди. Когда летом умер Иван Петрович с четвертого этажа, мама, утешая его жену, тоже очень старую, гладила ее по плечу и говорила: "Он прожил долгую, достойную жизнь". Сашка тогда спросил, какую долгую. Девяносто два года, сказала мама. Ну вот, девяносто два, а Леночке только семь, как и ему, так что умереть она никак не могла. Наверное, уехала куда-нибудь далеко, может быть, даже на юг, к морю, говорят, морским воздухом дышать полезно. Летом они тоже поедут на юг и там встретятся. А пока надо писать ей уроки, а то совсем отстанет девчонка.
Он не пошел сразу домой, а, сделав небольшой крюк, зашел в книжный магазин, подошел к канцелярскому отделу.
- Здрасте! У вас есть копирка?
Это город. Еще рано. Полусумрак, полусвет.
А потом на крышах солнце, а на стенах еще нет.
А потом в стене внезапно загорается окно.
Возникает звук рояля. Начинается кино.
И очнулся, и качнулся, завертелся шар земной.
Ах, механик, ради бога, что ты делаешь со мной!
Этот луч, прямой и резкий, эта света полоса
заставляет меня плакать и смеяться два часа,
быть участником событий, пить, любить, идти на дно…
Жизнь моя, кинематограф, черно-белое кино!
Кем написан был сценарий? Что за странный фантазер
этот равно гениальный и безумный режиссер?
Как свободно он монтирует различные куски
ликованья и отчаянья, веселья и тоски!
Он актеру не прощает плохо сыгранную роль —
будь то комик или трагик, будь то шут или король.
О, как трудно, как прекрасно действующим быть лицом
в этой драме, где всего-то меж началом и концом
два часа, а то и меньше, лишь мгновение одно…
Жизнь моя, кинематограф, черно-белое кино!
Я не сразу замечаю, как проигрываешь ты
от нехватки ярких красок, от невольной немоты.
Ты кричишь еще беззвучно. Ты берешь меня сперва
выразительностью жестов, заменяющих слова.
И спешат твои актеры, все бегут они, бегут —
по щекам их белым-белым слезы черные текут.
Я слезам их черным верю, плачу с ними заодно…
Жизнь моя, кинематограф, черно-белое кино!
Ты накапливаешь опыт и в теченье этих лет,
хоть и медленно, а все же обретаешь звук и цвет.
Звук твой резок в эти годы, слишком грубы голоса.
Слишком красные восходы. Слишком синие глаза.
Слишком черное от крови на руке твоей пятно…
Жизнь моя, начальный возраст, детство нашего кино!
А потом придут оттенки, а потом полутона,
то уменье, та свобода, что лишь зрелости дана.
А потом и эта зрелость тоже станет в некий час
детством, первыми шагами тех, что будут после нас
жить, участвовать в событьях, пить, любить, идти на дно…
Жизнь моя, мое цветное, панорамное кино!
Я люблю твой свет и сумрак — старый зритель, я готов
занимать любое место в тесноте твоих рядов.
Но в великой этой драме я со всеми наравне
тоже, в сущности, играю роль, доставшуюся мне.
Даже если где-то с краю перед камерой стою,
даже тем, что не играю, я играю роль свою.
И, участвуя в сюжете, я смотрю со стороны,
как текут мои мгновенья, мои годы, мои сны,
как сплетается с другими эта тоненькая нить,
где уже мне, к сожаленью, ничего не изменить,
потому что в этой драме, будь ты шут или король,
дважды роли не играют, только раз играют роль.
И над собственною ролью плачу я и хохочу.
То, что вижу, с тем, что видел, я в одно сложить хочу.
То, что видел, с тем, что знаю, помоги связать в одно,
жизнь моя, кинематограф, черно-белое кино!
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
