Автобус крутит по Кирьят-Яму, Кирьят-Бялику, Кирьят-Моцкину и прочим маленьким городкам Крайот. Уже много лет я пользуюсь услугами автобусной копании"Эгет". Езжу на работу и по житейским делам.
Как правило, автобус не бывает переполнен, поездка обычно приятна и комфортна. И я, от нечего делать, часто наблюдаю, как люди входят и выходят из общественного транспорта. Особенно любопытно наблюдать за престарелыми людьми. Готовится к выходу уже давно не молодая пара. Он, её верный спутник, начинает направляться к выходу первым, во время движения это сложновато. Она неторопливо передвигается на нетвёрдых ногах всед за мужем. Остановка. Мужчина спускается. С точки зрения нетерпеливого пассажира, спуск длится примерно около получаса. Наконец, он снаружи.
Ну, спустился ты, дед, и давай хиляй в сторону дома. Нет. Этот старый, извините хрен, ещё и джентльмен. Он без неё не пойдёт. Он быстро, как ему кажется, разворачивается, на что уходит ещё полчаса, и протягивает ей руку.
И она, эта перечница, стоит на верхней ступеньке и спускаться не собирается, ждёт его протянутую руку, и только увидев эту немощную мужскую длань, руку, на которую опирается уже много, много лет, она начинает свой неторопливый спуск. Спуск длится не менее часа, его протянутая рука придерживает это дряблое тело, которое когда-то его безмерно волновало, и возможно, волнение уже ушло, но сладкий осадок былого ещё теплится в его слабом теле. Наконец, они оба рядом. И только убедившись в том, что старички на безопасном расстоянии, терпеливый водитель начинает движение автобуса.
И я подумал: а если бы эта пара вот таким образом выходила бы в Москве, ну скажем возле станции Щёлковская, или Речной вокзал, или Кузьминки, им бы наши товарищи, ныне господа, популярным , доступным языком, объяснили бы, когда им лучше ездить, на чём и где.
Повторяет Венерати:
"Вам теперь уж не до рати,
Там хотят, совсем некстати,
Папу холощати!"
Вновь услышав эту фразу,
Де-Мероде понял сразу,
Говорит: "Оно-де с глазу;
Слушаться приказу!"
Затрубили тотчас трубы,
В войске вспыхнул жар сугубый,
Так и смотрят все, кому бы
Дать прикладом в зубы?
Де-Мероде, в треуголке,
В рясе только что с иголки,
Всех везет их в одноколке
К папиной светелке.
Лишь вошли в нее солдаты,
Испугалися кастраты,
Говорят: "Мы виноваты!
Будем петь без платы!"
Добрый папа на свободе
Вновь печется о народе,
А кастратам Де-Мероде
Молвит в этом роде:
"Погодите вы, злодеи!
Всех повешу за ... я!"
Папа ж рек, слегка краснея:
"Надо быть умнее!"(1)
И конец настал всем спорам;
Прежний при дворе декорум,
И пищат кастраты хором
Вплоть ad finem seculorum!(2)
____________
1 Вариант для дам
. . . . . . .
А кастратам Де-Мероде
Молвит в этом роде:
"Всяк, кто в этот бунт замешан,
Заслужил бы быть повешен!"
Папа ж рек, совсем утешен:
"Я один безгрешен!"
2 До скончания веков (лат.)
Февраль-март 1864
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
