– Арфаграфия – партитура для арфы.
– Компост – командный пункт.
– Кульбит – рваный пакет.
– Шлепанцы – слегка наказанные детки.
– Токовый словарь – телевизионное.
– Басовая балалайка похожа на Бермудский треугольник.
– Любезнайка – вежливый ученый.
– Заплеванная урна, а какой был колодец!
– Болото – озеро в старости.
– АО – авантюрное общество.
– ОПГ – очень приятная грудь.
– Зачем расстреливать облака, чтобы не было дождя? Обрызгайте их лаком для волос и пусть – терпят!
– Шайка – группа любителей бани.
– За бородатыми анекдотами не смогли рассмотреть лица рассказчика.
– Дифферент на дивиденд!
– Новинка: летающая мышеловка для летучих мышей.
– Зимний диагноз: белоснежная горячка.
– Стрела стремительна, но не по своей воле и попадание в цель от неё не зависит.
– Крылья бабочки на самом деле её ресницы.
– Мы не знаем, с какой стороны может прийти счастье, вот и крутимся всю жизнь.
– Кто-то измеряет работу в джоулях, кто-то в деньгах, кто-то в радость. Очень редко когда три – в одном.
– Под капотом авто были авгиевы конюшни лошадиных сил.
– Даже, если вы проспите, вам всё равно придется сойти, но это уже будет не ваша станция.
– Беда в одиночку не приходит. А – счастье?
– Вначале было слово. Мат появился позже.
– Промысел может быть и охотой.
– В болоте нет течения и пиявкам легко присосаться.
– В каждой нервной клетке кто-то сидит!
– Соитие может закончиться сошествием.
– Схождение с ума, как лавина. Чтобы было меньше жертв, надо делать предупредительный выстрел.
– Слуги «белку» стерегут – сестры в наркологической палате.
– Гении уходят за горизонты жизни, но всегда остаются рядом.
– Тише едешь – дольше будешь.
– Весной даже проснувшиеся мухи радуют. Правда – недолго!
– Кустарное производство – сбор ягод.
– Странно: семейство кошачьих, а каждый гуляет сам по себе!
В начале декабря, когда природе снится
Осенний ледоход, кунсткамера зимы,
Мне в голову пришло немного полечиться
В больнице # 3, что около тюрьмы.
Больные всех сортов - нас было девяносто, -
Канканом вещих снов изрядно смущены,
Бродили парами в пижамах не по росту
Овальным двориком Матросской Тишины.
И день-деньской этаж толкался, точно рынок.
Подъем, прогулка, сон, мытье полов, отбой.
Я помню тихий холл, аквариум без рыбок -
Сор памяти моей не вымести метлой.
Больничный ветеран учил меня, невежду,
Железкой отворять запоры изнутри.
С тех пор я уходил в бега, добыв одежду,
Но возвращался спать в больницу # 3.
Вот повод для стихов с туманной подоплекой.
О жизни взаперти, шлифующей ключи
От собственной тюрьмы. О жизни, одинокой
Вне собственной тюрьмы... Учитель, не учи.
Бог с этой мудростью, мой призрачный читатель!
Скорбь тайную мою вовеки не сведу
За здорово живешь под общий знаменатель
Игривый общих мест. Я прыгал на ходу
В трамвай. Шел мокрый снег. Сограждане качали
Трамвайные права. Вверху на все лады
Невидимый тапер на дедовском рояле
Озвучивал кино надежды и нужды.
Так что же: звукоряд, который еле слышу,
Традиционный бред поэтов и калек
Или аттракцион - бегут ручные мыши
В игрушечный вагон - и валит серый снег?
Печальный был декабрь. Куда я ни стучался
С предчувствием моим, мне верили с трудом.
Да будет ли конец - роптала кровь. Кончался
Мой бедный карнавал. Пора и в желтый дом.
Когда я засыпал, больничная палата
Впускала снегопад, оцепенелый лес,
Вокзал в провинции, окружность циферблата -
Смеркается. Мне ждать, а времени в обрез.
1982
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
Авторизация
Камертон
