Одну хитроумную штуку довелось повстречать однажды Невидимке, когда выходил он из гигиенически-скудного и крашеного гулкою отблёскивающей краской общежития небесных гонцов, что – на эмпиреях, в тишайшем и обильнейшем захолустье тех миров, что не про нас деланы. Невидимку как раз и должны были попросить оттуда самым решительным образом, как самозванца и наглеца, и он, не дожидаясь сраму, потихоньку делал ноги, как говорится. И вот, тогда-то как раз, и увидел он в отдалении, за чудесным пригорком, среди уютного разнообразия лиственного, непропорционально огромным квадратом возвышающийся некий экран, составленный из мельчайших зеркалец, из невиннейших махоньких отражателей действительности, движимых, однако, как различалось косвенным зрением, на исподних шарнирах – едва-едва, чуть-чуть, но хаотически, во все мыслимые стороны, вразнобой, так что экран этот огромный рябило и мело самым невозможным образом. Трепет был на экране, трепет стоял от тех мятущихся и дрожащих в зеркальцах крошечных обрывков пространства, вполне цельного и индифферентного всякому мимо пробегающему символу, буде окажется таковой.
Однако исподний механизм экрана, был, как выяснилось минуту спустя, сложнее, чем просто механизм, – он был божественно сложен, ибо обрёл постепенно общий смысл перемещения зеркал, смысл трепета этого, и обрывки всего чего угодно поплыли в одну сторону и посреди квадрата сложились в неявную и рябью растворяемую фигуру – фигуру встающего человека. И экран снова поплыл бессмыслицей. Невидимке надо было спешить. Я объяснил уже – почему. И он не дождался следующего явления смысла. Но можно уверенно сказать, что механизм этот не остановлен и по сию пору. Но те места – не про нас, и Невидимка не мог уже рассказать об этом ничего более сказанного здесь.
Телемак Эвхарису встречает в пути.
Свой корабль он сжигает дотла.
— Извини меня, Ментор, с добром отпусти.
Ложе брачное лучше одра.
И срывается Ментор на мат-перемат.
Но доносится голос, высок:
«Не тужи о своём корабле, Телемак,
это дерева только кусок.
Не тужи об отце, он давно заторчал
у такой же, как нимфа твоя.
Он таких — чтоб сказать поприличнее — чар
поотведал,такого питья
из распахнутых уст, из кувшинов живых,
перевёрнутых к небу вверх дном,
что его ни один не волнует жених
и ни все женихи табуном.
Добрый день вам, счастливцы, попавшие в цель.
Вы доплыли до правильных стран.
Человечества станут качать колыбель
чудо-нимфы героям в пандан».
Только Ментор кричит: подымись, Телемак.
И Улисса Афина зовёт.
И от вёсельных топких тошнит колымаг,
от сыновних-отцовских забот.
Ты ревнива, Афина. Ты хочешь любви.
И доспехи истомой текут.
Покоряемся воле. Но мы не твои.
Ничего. Скоро боги умрут.
1994
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
Авторизация
Камертон
