В кувшине главное - не глина, а пустота, которую она окружает.
Бесконечен список жизни, фактура лет пориста, но гладка на ощупь (чувствуете - от неё исходит покой!). Изгибы множества рук и извивы бесчисленных событий обозначают и проминают, находя естественную форму тому, что не поддаётся прямому уразумению. Мозг другого человека, чужой Остров, Вселенная - удивительное пространство приключений и пустяков – он пуст, чудовищно пуст, ибо он - просто молекулы, а молекулы - это просто оболочки; он мёртв, если рассматривать его, как совокупность частиц, - они просто сталкиваются! Удивительная пустота эта выпускает вдруг на свет божий другую Вселенную - книгу, такое же мёртвое сочетание белых и чёрных частиц, тщательно выложенных друг к другу на листах выработанной целлюлозы, Галактику, что светится прекрасным видением в ночном небе Острова, но которая есть - пустота, настолько велики расстояния внутри неё, настолько неподвижны узоры снаружи. И вот она приближается к иному разуму, к иначе организованной пустоте, проникает в неё и рождает пустоту четвёртую, Вселенную во Вселенной, - мир воображения и аналогий, впечатления и света внутри разума. Обводите, обводите руками поверх - главное не глина... Крикнем туда... Скажем туда: “Ээээээ...” - гулом и эхом, тоскливо и сумрачно отзовётся пустота, окружённая глиной.
“Ясно... ясно...” - услышат спящие из ночных ущелий.
“Спите... спите...” - повторяет ночь.
“Оооооо...” - это бездна уже откликнулась на исчезающий писк атома...
Ничего нет страшнее пустоты, обведённой глиною.
Человек закрывающий глаза - это оболочка.
В момент усталости нечувствительно появляется в замкнутом сознании лишняя координата и в непрерывном, тяжёлом от обилия вещества, мире вздувается пустота.
Тихо... Надо угомониться...
Слышишь ли, слышишь ли ты в роще детское пение,
над сумеречными деревьями звенящие, звенящие голоса,
в сумеречном воздухе пропадающие, затихающие постепенно,
в сумеречном воздухе исчезающие небеса?
Блестящие нити дождя переплетаются среди деревьев
и негромко шумят, и негромко шумят в белесой траве.
Слышишь ли ты голоса, видишь ли ты волосы с красными гребнями,
маленькие ладони, поднятые к мокрой листве?
"Проплывают облака, проплывают облака и гаснут..." -
это дети поют и поют, черные ветви шумят,
голоса взлетают между листьев, между стволов неясных,
в сумеречном воздухе их не обнять, не вернуть назад.
Только мокрые листья летят на ветру, спешат из рощи,
улетают, словно слышат издали какой-то осенний зов.
"Проплывают облака..." - это дети поют ночью, ночью,
от травы до вершин все - биение, все - дрожание голосов.
Проплывают облака, это жизнь проплывает, проходит,
привыкай, привыкай, это смерть мы в себе несем,
среди черных ветвей облака с голосами, с любовью...
"Проплывают облака..." - это дети поют обо всем.
Слышишь ли, слышишь ли ты в роще детское пение,
блестящие нити дождя переплетаются, звенящие голоса,
возле узких вершин в новых сумерках на мгновение
видишь сызнова, видишь сызнова угасающие небеса?
Проплывают облака, проплывают, проплывают над рощей.
Где-то льется вода, только плакать и петь, вдоль осенних оград,
все рыдать и рыдать, и смотреть все вверх, быть ребенком ночью,
и смотреть все вверх, только плакать и петь, и не знать утрат.
Где-то льется вода, вдоль осенних оград, вдоль деревьев неясных,
в новых сумерках пенье, только плакать и петь, только листья сложить.
Что-то выше нас. Что-то выше нас проплывает и гаснет,
только плакать и петь, только плакать и петь, только жить.
1961
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
Авторизация
Камертон
