Недавно я утонул. Сознание исчезло, затем появилось снова. Я влетел в коридор, со свистом пронесся по нему и предстал перед судом. Судей было трое. Посередине – сам Господь. По правую руку от него – Петр, а по левую – Люцифер. Все, как и положено. Рядом с апостолом был белый рычаг, а под рукой у Сатаны – два. Синий и красный.
– Рассказывай... – Петр устало посмотрел на меня. Работы, вероятно, у суда хватало.
– Не убивал. Не насиловал. Не лжесвидетельствовал! – я лихорадочно вспоминал названия грехов.
– Нам известно все, что ты не делал. Говори о том, в чем виноват! И постарайся убедить нас, что раскаиваешься, – Петр был строг и серьезен.
– Я сочинял стихи, Господи! И в этом мой главный грех.
– А зачем ты их сочинял, сын мой?
– Для того, чтобы женщин соблазнять…
Люцифер потянулся к красному рычагу. Но Христос поднял руку:
– Погоди, Люци! У меня записано иначе: очаровывать... Эту станцию мы проехали. Дальше!
– Но среди них были и замужние...
– Вы всё перепутали там внизу. Разве этому я учил вас?! Замужнюю женщину нельзя ни очаровать, ни соблазнить. Если она идет на соблазн, то у нее уже нет мужа. Дальше! И прекрати водить нас по пустякам!
– Но, Господи, я осознал свою вину. И решил порвать с таким прошлым. Похоже, я отбесился и успокоился.
Люцифер положил руку на красный рычаг.
– Люци! Не спеши. Твое слово, Петр.
– Он пытался измениться, Боже. Постоянно был недоволен собой. Метался и мучился от внутреннего дискомфорта.
Христос покачал головой. Люцифер посмотрел на него, ожидая команду.
– Ты виноват, сын мой. И твоему проступку пока нет прощения. Ты механик? Объясню так. Представь, что берешь ключ на двенадцать. А он недоволен собой и пытается вырасти до тринадцати. И постоянно находится в процессе роста. В итоге он не подходит для любой из гаек. Он бесполезен, сын мой. Как и ты! Для осуществления моих замыслов мне нужен тот инструмент, какой я сам и создал. А не тот, что меняет себя по своему усмотрению. В чистилище его! Обратно на Землю. Пусть доживает и учится быть собой. Давай, Люци!
Сатана рванул за синий рычаг и я провалился ко всем чертям.
Сознание вернулось в тело. Меня откачали...
Юрка, как ты сейчас в Гренландии?
Юрка, в этом что-то неладное,
если в ужасе по снегам
скачет крови
живой стакан!
Страсть к убийству, как страсть к зачатию,
ослепленная и зловещая,
она нынче вопит: зайчатины!
Завтра взвоет о человечине...
Он лежал посреди страны,
он лежал, трепыхаясь слева,
словно серое сердце леса,
тишины.
Он лежал, синеву боков
он вздымал, он дышал пока еще,
как мучительный глаз,
моргающий,
на печальной щеке снегов.
Но внезапно, взметнувшись свечкой,
он возник,
и над лесом, над черной речкой
резанул
человечий
крик!
Звук был пронзительным и чистым, как
ультразвук
или как крик ребенка.
Я знал, что зайцы стонут. Но чтобы так?!
Это была нота жизни. Так кричат роженицы.
Так кричат перелески голые
и немые досель кусты,
так нам смерть прорезает голос
неизведанной чистоты.
Той природе, молчально-чудной,
роща, озеро ли, бревно —
им позволено слушать, чувствовать,
только голоса не дано.
Так кричат в последний и в первый.
Это жизнь, удаляясь, пела,
вылетая, как из силка,
в небосклоны и облака.
Это длилось мгновение,
мы окаменели,
как в остановившемся кинокадре.
Сапог бегущего завгара так и не коснулся земли.
Четыре черные дробинки, не долетев, вонзились
в воздух.
Он взглянул на нас. И — или это нам показалось
над горизонтальными мышцами бегуна, над
запекшимися шерстинками шеи блеснуло лицо.
Глаза были раскосы и широко расставлены, как
на фресках Дионисия.
Он взглянул изумленно и разгневанно.
Он парил.
Как бы слился с криком.
Он повис...
С искаженным и светлым ликом,
как у ангелов и певиц.
Длинноногий лесной архангел...
Плыл туман золотой к лесам.
"Охмуряет",— стрелявший схаркнул.
И беззвучно плакал пацан.
Возвращались в ночную пору.
Ветер рожу драл, как наждак.
Как багровые светофоры,
наши лица неслись во мрак.
1963
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
