Где-то на просторах Европы. Сидят мужики и едят кислую капусту с пивом. Запах низкокалорийной капусты омерзителен.
Огромные их животы мирно переваривают пищу, и время от времени сбрасывают излишки давления. Поэтому к запаху
гнилой капусты тошнотворно подмешиваются ещё и продукты интенсивной жизнедеятельности. Смрад стоит как на лежбище
североатлантических котиков.
- Всё человеческое нам не чуждо, - запивая пивом, рассуждают европейские мужики.
Индия, от Калькуты и до Бомбея, от Варанаси и до Трамвидодорам.
Сидят вегетарианские мужики и строго едят растительную пищу. Желудки их привыкшие перерабатывать целлюлозные
волокна, то и дело испускают струйки бледно сизого дымка. Этот дымок в безветренную погоду так и стелется по
окружающим низинам.
Твёрдые отходы здесь тоже не успевает скапливаться. Этот продукт просто бесценен и тут же сразу идёт в переработку.
Ими подмазывают лачуги и подправляют прекрасные глиняные заборы. Наиболее ценными же остатками окуривают здешние
помещения. Дым стоит над индийскими поселениями коромыслом, а запах просто бесподобен.
Приезжающие туристы, всматриваясь влюблёнными глазами в густой смог над Дели, уже с аэропорта начинают восхищаться
местными, таинственными и волшебными ароматами.
В этой роще березовой,
Вдалеке от страданий и бед,
Где колеблется розовый
Немигающий утренний свет,
Где прозрачной лавиною
Льются листья с высоких ветвей,—
Спой мне, иволга, песню пустынную,
Песню жизни моей.
Пролетев над поляною
И людей увидав с высоты,
Избрала деревянную
Неприметную дудочку ты,
Чтобы в свежести утренней,
Посетив человечье жилье,
Целомудренно бедной заутреней
Встретить утро мое.
Но ведь в жизни солдаты мы,
И уже на пределах ума
Содрогаются атомы,
Белым вихрем взметая дома.
Как безумные мельницы,
Машут войны крылами вокруг.
Где ж ты, иволга, леса отшельница?
Что ты смолкла, мой друг?
Окруженная взрывами,
Над рекой, где чернеет камыш,
Ты летишь над обрывами,
Над руинами смерти летишь.
Молчаливая странница,
Ты меня провожаешь на бой,
И смертельное облако тянется
Над твоей головой.
За великими реками
Встанет солнце, и в утренней мгле
С опаленными веками
Припаду я, убитый, к земле.
Крикнув бешеным вороном,
Весь дрожа, замолчит пулемет.
И тогда в моем сердце разорванном
Голос твой запоет.
И над рощей березовой,
Над березовой рощей моей,
Где лавиною розовой
Льются листья с высоких ветвей,
Где под каплей божественной
Холодеет кусочек цветка,—
Встанет утро победы торжественной
На века.
1946
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
