Женщины все хитрые. Мужчины не очень. Мужчины только чтоб пожрать или для секса, наивно по-детски. И они не знают про время. Мы им говорим, а они таращатся и башкой кивают. Не воспринимают всерьёз совсем. Изобретают часы и календари, чтобы показать, типа, поняли что-то. А нам пора замуж. Или рожать. Или сына женить. Время. А им хоть кол на голове чеши. А мы ещё и влюбляемся в этих недоумков. Одна была хитрая-прехитрая и вообще ни разу не выдала своему, что знает. Она как увидела его, влюбилась – и бежать. Домой, к маме. Отдышалась, посоветовались. Мама хитрая говорит: “Только про время ему не заикайся. Не захочет жениться – пускай отчаливает. Их временем не привяжешь.”
Она и не заикалась про время. И после свадьбы молчала, как рыба об лёд. И что рожать пора, не сказала. Он так и думал, что у них дети всегда были, с самого начала. Выросли, разъехались – она молчит. А он и не заметил. Волосы седые никогда ему не показывала. А он глупый сам. Не показывает – значит нету. Целлюлит всякий или морщины – молчит, хоть ты её режь! Зубы поменяла на вставные – и ничё, как будто так и было. Очки толстенные на нос напялит, носки ему вязать – а он ни в ус ногой! Мужчина он у неё был. На все сто. Дурак непонятливый. Потом уже совсем с тросточкой стала ходить, целоваться начнут – так на нём и повиснет. А он радуется. Ну, и что такому скажешь? Ему хоть заобъясняйся, не поймёт. Только стала её земля тянуть, время берёт своё, ясное дело, уже далеко за сотню-то, надо ж и честь знать. Вот и решилась сказать ему…
Он ничего не понял. Обнял её и давай целовать. В глаза друг другу засмотрелись и не заметили, как умерли.
Тщетную мудрость мира вы оставьте,
Злы богоборцы! обратив кормило,
Корабль свой к брегу истины направьте,
Теченье ваше досель блудно было.
Признайте бога, иже управляет
Тварь всю, своими созданну руками.
Той простер небо да в нем нам сияет,
Дал света солнце источник с звездами.
Той луну, солнца лучи преломляти
Научив, темну плоть светить заставил.
Им зрятся чудны сии протекати
Телеса воздух, и в них той уставил
Течений меру, порядок и время,
И так увесил все махины части,
Что нигде лишна легкость, нигде бремя,
Друг друга держат и не могут пасти.
Его же словом в воздушном пространстве,
Как мячик легкий, так земля катится;
В трав же зеленом и дубрав убранстве
Тут гора, тамо долина гордится.
Той из источник извел быстры реки,
И песком слабым убедил схраняти
Моря свирепы свой предел вовеки,
И ветрам лешим дал с шумом дышати,
Разны животных оживил он роды.
Часть пером легким в воздух тела бремя
Удобно взносит, часть же сечет воды,
Ползет иль ходит грубейшее племя.
С малой частицы мы блата сплетенны
Того ж в плоть нашу всесильными персты
И устен духом его оживленны;
Он нам к понятью дал разум отверзтый.
Той, черный облак жарким разделяя
Перуном, громко гремя, устрашает
Землю и воды, и дальнейша края
Темного царства быстр звук достизает;
Низит высоких, низких возвышает;
Тут даст, что тамо восхотел отъяти.
Горам коснувся — дыметь понуждает:
Манием мир весь силен потрясати.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
