Пронзительный женский голос:
- Девушка, встаньте!!
Голос сразу с напором, с нервом, будто что-то случилось. Невозможно на него не повернуть голову, не попытаться увидеть, что произошло. Энергичная женщина в полушубке, с современной стрижкой слегка седых волос – с ходу даже не скажешь, сколько ей: пятьдесят пять, около шестидесяти?.. У окна – симпатичная девушка в наушниках, на голове капюшон. Вынимает один наушник из уха, когда раздаётся повтор:
- Встаньте сейчас же!!
Девушка как в замедленной съёмке вынимает второй наушник.
- Встаньте!!! Перед Вами пожилой человек и инвалид! Даже если это не места для инвалидов, всё равно вставайте – им надо уступать место! А Вам всего двенадцать!
Изумление в лице девушки побеждает растерянность. Изумление и округлившиеся от странности ситуации глаза:
- Это мне двенадцать???
- Какая разница – ну, восемнадцать.
- Мне вообще- то двадцать шесть.
- Прекрасно - двадцать шесть. Сейчас же уступите мне место!!!
Напряжение возрастает вместе с абсурдностью происходящего: требующая женщина не выглядит пожилой, сидящая девушка слишком принципиально сидит, даже не ёрзнув.
Откуда-то со стороны возникает парень, подходит к женщине, показывая на освобождённое место:
- Пожалуйста, садитесь.
Женщина его не замечает, не слышит. Не отходит от девушки:
- Встаньте! Вставайте! Вы должны уступить мне место!
Парень легонько трогает её за локоть:
- Пожалуйста, садитесь, вот место.
Нехотя повернувшись, уже вполоборота к девушке женщина звонко и спокойно произносит:
- У Вас никогда не будет детей.
Опускается на предложенное сиденье. Безмятежное ухоженное лицо, маленькие подведённые глаза, в которых попыхивают хитрые искры, ощущение удовлетворения и победы.
Девушка всё ещё продолжает ошеломлённо улыбаться, уже совершенно искусственно пытаясь продлить гримасу изумления.
Ужас нахлынет позже.
Милый мальчик, ты так весел, так светла твоя улыбка,
Не проси об этом счастье, отравляющем миры,
Ты не знаешь, ты не знаешь, что такое эта скрипка,
Что такое темный ужас начинателя игры!
Тот, кто взял ее однажды в повелительные руки,
У того исчез навеки безмятежный свет очей,
Духи ада любят слушать эти царственные звуки,
Бродят бешеные волки по дороге скрипачей.
Надо вечно петь и плакать этим струнам, звонким струнам,
Вечно должен биться, виться обезумевший смычок,
И под солнцем, и под вьюгой, под белеющим буруном,
И когда пылает запад и когда горит восток.
Ты устанешь и замедлишь, и на миг прервется пенье,
И уж ты не сможешь крикнуть, шевельнуться и вздохнуть, —
Тотчас бешеные волки в кровожадном исступленьи
В горло вцепятся зубами, встанут лапами на грудь.
Ты поймешь тогда, как злобно насмеялось все, что пело,
В очи, глянет запоздалый, но властительный испуг.
И тоскливый смертный холод обовьет, как тканью, тело,
И невеста зарыдает, и задумается друг.
Мальчик, дальше! Здесь не встретишь ни веселья, ни сокровищ!
Но я вижу — ты смеешься, эти взоры — два луча.
На, владей волшебной скрипкой, посмотри в глаза чудовищ
И погибни славной смертью, страшной смертью скрипача!
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
