Родная, не умирай – это был не я! Там, у самой черты, где жизнь уже не полна, только ты ещё держишь меня за человека – не умирай, не уходи к живым, пока я ещё здесь. Я ведь знаю, что такое – неполное пространство смерти, его сумерки, его прерывающаяся логика. Я знаю, что ты боишься всю ночь; я знаю – каково это закрывать во сне глаза и слушать, мертвея, как неведомые твари толкаются в дверь, которая – рядом совсем, у щеки... Я ведь знаю каково, окоченев, слышать, как тот, кто рядом спит с открытыми глазами, вдруг разевает пасть, испуская не то хриплый выдох, не то шипение, и обращается в чудовище, потому что так он хочет дождаться ухода настоящего ужаса.
Я знаю – ты боишься открыть во сне глаза, чтобы не увидеть меня, косвенного, ворочающего медвежьей башкой в углу захламлённой веранды в синем и скошенном вечернем свете, среди шкафов каких-то и каких-то тумбочек... Не уходи!
Я знаю, кто там простит меня? Я знаю, знаю, кого я не мог обидеть, кого я мог мучить, бить и медленно резать лезвием своей трусости – и мог заставить корчиться от боли и умереть, но не смог всё равно обидеть. Маленький, ясный призрак, фитильком смаргивающий в сумерках этих, призрак, чья-то фантазия просто, выдумка, ффу – и нет...
…чья-то, не умершая вслед за телом, любовь столбиком встанет у изголовья, ослепляя и пригибаясь. Так, пустяки, танец четырёх рук на медленной глине, любовь и смерть, и любовь после смерти...
Чья-то душа попытается прорвать пелену меж двух миров, шевельнёт губами в огне, обернётся назад и выпрямится снова...
Я знаю, кого я не могу обидеть, как бы не старался, кто последним усилием протолкнётся сквозь толпу окаменевших чудищ – и несколько лап и личин свалятся с мест своих, и в мусор и прах рассыплются по полу. Прощай! Я люблю тебя! Я буду любить тебя всегда, там, везде, не умирай, до встречи!..
... это то, что живёт, пока не имеет имени, это то, что умирает названное.
Мне нравится, что вы больны не мной,
Мне нравится, что я больна не вами,
Что никогда тяжелый шар земной
Не уплывет под нашими ногами.
Мне нравится, что можно быть смешной -
Распущенной - и не играть словами,
И не краснеть удушливой волной,
Слегка соприкоснувшись рукавами.
Мне нравится еще, что вы при мне
Спокойно обнимаете другую,
Не прочите мне в адовом огне
Гореть за то, что я не вас целую.
Что имя нежное мое, мой нежный, не
Упоминаете ни днем, ни ночью - всуе...
Что никогда в церковной тишине
Не пропоют над нами: аллилуйя!
Спасибо вам и сердцем и рукой
За то, что вы меня - не зная сами! -
Так любите: за мой ночной покой,
За редкость встреч закатными часами,
За наши не-гулянья под луной,
За солнце, не у нас над головами,-
За то, что вы больны - увы! - не мной,
За то, что я больна - увы! - не вами!
13 мая 1913 г.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
