Я не видел их три месяца. То они, по какой-то неведомой мне причине, перестали появляться на дороге, то я пошел в отпуск. Поэтому, когда сегодняшним утром, я увидел две сгорбленные фигурки, медленно идущие навстречу моему УАЗику, на душе стало удивительно тепло. Им, и старику и его супруге, явно далеко за семьдесят, а в этом возрасте шансы увидеть человека, даже через пару месяцев, совсем не велики. Я работаю водителем, и каждое утро везу людей на работу по этой улице. Старики тоже совершают по утрам свои забеги. Их не бывает только в очень плохую погоду. Впереди всегда идет старушка с клюкой, сгорбленная под прямым углом, а за ней - ее супруг, еще довольно прямой и без палки. Идут они очень неспешно. Расстояние в полкилометра они преодолевают так долго, что я успеваю отвезти людей на базу и, заправившись, вернуться с рабочими назад. Это занимает у меня около часа. Старики стоят у моста через речку, собираясь с силами на обратный путь.
Однажды, кто-то из строителей пошутил: «Опять марафонцы на дистанции!» А я подумал - и, правда, марафонцы, - у них позади дистанция длинною в целую жизнь, и судя по их небогатой одежде и согбенным спинам, жизнь трудная. Я не знаю, кто из них инициатор этих забегов, но, судя по лидирующей позиции, скорее всего – это старушка. Глядя на них, я понимаю, что пока они могут ходить, я буду по-прежнему встречать их на этой дороге, и мне хочется, чтобы это продолжалось, как можно дольше. Они стали для меня символом несгибаемого человеческого духа, преодолевающего немощи и слабости тела. Бывают трудные моменты в моей жизни, когда у меня не хватает сил и терпения, и, тогда я представляю себе моих «марафонцев», медленно, но упорно, идущих сквозь непогоду, и у меня опять появляются силы, терпение и желание жить, вопреки всем житейским неурядицам и проблемам.
AgeAlex
Еще далёко мне до патриарха,
Еще на мне полупочтенный возраст,
Еще меня ругают за глаза
На языке трамвайных перебранок,
В котором нет ни смысла, ни аза:
Такой-сякой! Ну что ж, я извиняюсь,
Но в глубине ничуть не изменяюсь.
Когда подумаешь, чем связан с миром,
То сам себе не веришь: ерунда!
Полночный ключик от чужой квартиры,
Да гривенник серебряный в кармане,
Да целлулоид фильмы воровской.
Я как щенок кидаюсь к телефону
На каждый истерический звонок.
В нем слышно польское: "дзенкую, пане",
Иногородний ласковый упрек
Иль неисполненное обещанье.
Все думаешь, к чему бы приохотиться
Посереди хлопушек и шутих, -
Перекипишь, а там, гляди, останется
Одна сумятица и безработица:
Пожалуйста, прикуривай у них!
То усмехнусь, то робко приосанюсь
И с белорукой тростью выхожу;
Я слушаю сонаты в переулках,
У всех ларьков облизываю губы,
Листаю книги в глыбких подворотнях --
И не живу, и все-таки живу.
Я к воробьям пойду и к репортерам,
Я к уличным фотографам пойду,-
И в пять минут - лопаткой из ведерка -
Я получу свое изображенье
Под конусом лиловой шах-горы.
А иногда пущусь на побегушки
В распаренные душные подвалы,
Где чистые и честные китайцы
Хватают палочками шарики из теста,
Играют в узкие нарезанные карты
И водку пьют, как ласточки с Ян-дзы.
Люблю разъезды скворчащих трамваев,
И астраханскую икру асфальта,
Накрытую соломенной рогожей,
Напоминающей корзинку асти,
И страусовы перья арматуры
В начале стройки ленинских домов.
Вхожу в вертепы чудные музеев,
Где пучатся кащеевы Рембрандты,
Достигнув блеска кордованской кожи,
Дивлюсь рогатым митрам Тициана
И Тинторетто пестрому дивлюсь
За тысячу крикливых попугаев.
И до чего хочу я разыграться,
Разговориться, выговорить правду,
Послать хандру к туману, к бесу, к ляду,
Взять за руку кого-нибудь: будь ласков,
Сказать ему: нам по пути с тобой.
Май - 19 сентября 1931
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
