– Амбивалентность явлений меня доконала...
– ...как ни крути, оправдания просятся в руки...
– Сердцу усталому хочется просто причала...
– Это опасно – любить от безделья и скуки...
(с) P.S. Диана Балыко
Амиго… имя твое рыбьей костью застряло в горле… першит… наполняет рот горечью полыни… надсадный кашель вот-вот разорвет связки в лоскуты… мне хочется раскрошить твое имя на звуки и скормить голубям с ладони… бездумно переключаю каналы… разбавляю воздух комнаты посторонним: картинками, голосами, стремясь заполнить ими пустоту внутри … по новостям передали экстренное сообщение – после продолжительной болезни потух Желтый карлик … так странно… знаешь, а я до сих пор помню твои глаза цвета бутылочного стекла… совершенно обычные для меня ныне…
но вот ведь нелепость - никак не могу приучить себя, что мы давно НЕ:
- вместе;- едим пуд соли, хватая ее горстями с растравленных ран друг друга; - смотрим воспоминания, сплетясь до подобия сиамских близнецов…
…поодиночке, но зеркальным отражением, мы:
- мельком заглядываем в книгу жизни случайным,а оттого эпизодическим попутчикам;- выбрасываемся в чужое окно покурить –
а мне так дико до сих пор ясно слышать, как ты дышишь в затылок, между лопаток зудит - обернувшись, спросить: que pasa amigo?
----
Понедельник сменяет понедельник. Тишину кухни нарушает скоропостижно оживший радиоприемник: «температура воды в море плюс двадцать четыре…». Глотаю горький кофе. Одеваюсь. Выхожу на улицу. Трамвай, нетипично для понедельника, полупустой. Сажусь возле окна, занимаю взгляд мелькающей за окном улицей. Еще нет девяти, но уже слишком много солнца. Оно выжигает глаза и мысли. Твое лицо буднично возникает прямо передо мной. Дергаюсь, как от удара. Сердце заходится, будто чахоточный в приступе кашля. Ты совсем не изменилась, словно мы расстались несколько минут назад. Стоишь очень близко, и, если бы не стекло, я бы мог дотронуться до твоей руки. Трамвай трогается с места. Я еду в следующий день, а ты остаешься на остановке. Воспоминания обрушиваются, как летний ливень. Промачивают насквозь. Задумавшись, пропускаю свою остановку, на следующей - выхожу, медленно иду назад. Все начиналось очень правильно и предсказуемо, только концовка оказалась бракованной. Перпетум мобиле эмоций сломался. Ремонту и восстановлению не подлежит. Передумано множество раз, разобрано на малейшие детали и снова скрупулезно собрано в прошлое. Обесцветилось и обесценилось. Что ж под лопаткой ноет и ноет? Наверное, снова где-то просквозило…
Завидую, кто быстро пишет
и в благости своей не слышит,
как рядом кто-нибудь не спит,
как за стеною кто-то ходит
всю ночь
и места не находит.
Завидую, кто крепко спит,
без сновидений,
и не слышит,
как рядом кто-то трудно дышит,
как не проходит в горле ком,
как валидол под языком
сосулькой мартовскою тает,
а все дыханья не хватает.
Завидую, кто крепко спит,
не видит снов,
и быстро пишет,
и ничего кругом не слышит,
не видит ничего кругом,
а если видит,
если слышит,
то все же пишет о другом,
не думая,
а что же значит,
что за стеною кто-то плачет.
Как я завидую ему,
его уму,
его отваге,
его перу,
его бумаге, чернильнице,
карандашу!
А я так медленно пишу,
как ношу трудную ношу,
как землю черную пашу,
как в стекла зимние дышу -
дышу, дышу
и вдруг
оттаиваю круг.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
