Одно из наших развлечений – по вечерам кататься по узкоколейке на сцепах для перевозки леса. Приходим из школы, делаем уроки и собираемся у тупика железной дороги на окраине посёлка.
Сцеп состоит из двух стальных полусцепов, узких и длинных. На каждом - по вращающемуся турникету. В рабочем состоянии турникеты с двумя стойками представляют собой перевёрнутые буквы «П». Эти две «П» и удерживают загружаемый на сцеп лес. Для разгрузки открываются запорные устройства на турникетах с одной стороны сцепа, и стойки падают. Поднимать надо вручную, они хоть и полые, но достаточно тяжёлые. Нас интересует, конечно, полусцеп, хотя называем мы его всё равно сцепом.
Состав нашей компании часто меняется, но костяк её постоянен. Это я, мой лучший друг Лев (это кличка, а не имя), Юрка и Тимур. Вообще-то, в лучшие времена собирается до десяти человек, но сегодня нас только трое. Отсутствует даже Юрка. Скорее всего, усмиряет пьяного отца.
Мы выбиваем металлические башмаки из-под колес сцепа и пытаемся, что есть силы, сдвинуть его с места. Втроём сделать это непросто, но мы не сдаёмся, ведь приходилось расталкивать и вагон, а уж он-то куда как тяжелее.
Вскоре наше средство передвижения набирает скорость. Теперь усилий от нас требуется гораздо меньше. Выбрав момент, я запрыгиваю на сцеп, а Лев с Тимуром, продолжая бежать по шпалам, всё сильнее расталкивают его.
На какое-то мгновение я отключаюсь и прихожу в себя только тогда, когда слышу, как Лев испуганно кричит:
- Прыгай!..
Но, кажется, поздно. Сцеп мчится, и ветер свистит в ушах. Тогда я ложусь лицом вниз на нагретый за день и не успевший остыть металл, и поворачиваю голову вправо, в сторону посёлка. Уже горят фонари, но на улице многолюдно. Никто, правда, не смотрит в мою сторону, и это удивительно, ведь от стука колес закладывает уши. Мелькают дома, среди них и дом Льва. Сцеп входит в крутой поворот и, чуть сбавив скорость, громыхает теперь уже параллельно другой улице, в конце которой находится и мой дом. Вот он, совсем близко, можно рассмотреть, что происходит в комнате. А в комнату из прихожей входит дядя Миша, который несколько лет не был у нас в гостях. Отец жмёт ему руку. Оба улыбаются…
Но дом остаётся позади… Заканчивается посёлок, впереди – пересечение с дорогой. Мне становится очень страшно. Мысль готовит тело к жуткому столкновению. Но всё обходится, и сцеп уже мчится по лесу, вокруг темнота. Я осторожно переворачиваюсь на спину. Небо усыпано звёздами… Красиво… Волшебно…
- Слезай! Не растолкать без Юрки!
Это Лев дёргает меня за рукав. Я с удивлением гляжу по сторонам. Сцеп находится на том же самом месте, где и был с самого начала. До моего дома – около километра. Заснул я, что ли?
Мы расходимся по домам.
Уже с порога я слышу голос матери, обращённый ко мне:
- Где тебя носит? Давай быстрее за стол, дядя Миша приехал!
Словно пятна на белой рубахе,
проступали похмельные страхи,
да поглядывал косо таксист.
И химичил чего-то такое,
и почёсывал ухо тугое,
и себе говорил я «окстись».
Ты славянскими бреднями бредишь,
ты домой непременно доедешь,
он не призрак, не смерти, никто.
Молчаливый работник приварка,
он по жизни из пятого парка,
обыватель, водитель авто.
Заклиная мятущийся разум,
зарекался я тополем, вязом,
овощным, продуктовым, — трясло, —
ослепительным небом на вырост.
Бог не фраер, не выдаст, не выдаст.
И какое сегодня число?
Ничего-то три дня не узнает,
на четвёртый в слезах опознает,
ну а юная мисс между тем,
проезжая по острову в кэбе,
заприметит явление в небе:
кто-то в шашечках весь пролетел.
2
Усыпала платформу лузгой,
удушала духами «Кармен»,
на один вдохновляла другой
с перекрёстною рифмой катрен.
Я боюсь, она скажет в конце:
своего ты стыдился лица,
как писал — изменялся в лице.
Так меняется у мертвеца.
То во образе дивного сна
Амстердам, и Стокгольм, и Брюссель
то бессонница, Танька одна,
лесопарковой зоны газель.
Шутки ради носила манок,
поцелуй — говорила — сюда.
В коридоре бесился щенок,
но гулять не спешили с утра.
Да и дружба была хороша,
то не спички гремят в коробке —
то шуршит в коробке анаша
камышом на волшебной реке.
Удалось. И не надо му-му.
Сдачи тоже не надо. Сбылось.
Непостижное, в общем, уму.
Пролетевшее, в общем, насквозь.
3
Говори, не тушуйся, о главном:
о бретельке на тонком плече,
поведенье замка своенравном,
заточённом под коврик ключе.
Дверь откроется — и на паркете,
растекаясь, рябит светотень,
на жестянке, на стоптанной кеде.
Лень прибраться и выбросить лень.
Ты не знала, как это по-русски.
На коленях держала словарь.
Чай вприкуску. На этой «прикуске»
осторожно, язык не сломай.
Воспалённые взгляды туземца.
Танцы-шманцы, бретелька, плечо.
Но не надо до самого сердца.
Осторожно, не поздно ещё.
Будьте бдительны, юная леди.
Образумься, дитя пустырей.
На рассказ о счастливом билете
есть у Бога рассказ постарей.
Но, обнявшись над невским гранитом,
эти двое стоят дотемна.
И матрёшка с пятном знаменитым
на Арбате приобретена.
4
«Интурист», телеграф, жилой
дом по левую — Боже мой —
руку. Лестничный марш, ступень
за ступенью... Куда теперь?
Что нам лестничный марш поёт?
То, что лестничный всё пролёт.
Это можно истолковать
в смысле «стоит ли тосковать?».
И ещё. У Никитских врат
сто на брата — и чёрт не брат,
под охраною всех властей
странный дом из одних гостей.
Здесь проездом томился Блок,
а на память — хоть шерсти клок.
Заключим его в медальон,
до отбитых краёв дольём.
Боже правый, своим перстом
эти крыши пометь крестом,
аки крыши госпиталей.
В день назначенный пожалей.
5
Через сиваш моей памяти, через
кофе столовский и чай бочковой,
через по кругу запущенный херес
в дебрях черёмухи у кольцевой,
«Баней» Толстого разбуженный эрос,
выбор профессии, путь роковой.
Тех ещё виршей первейшую читку,
страшный народ — борода к бороде,
слух напрягающий. Небо с овчинку,
сомнамбулический ход по воде.
Через погост раскусивших начинку.
Далее, как говорится, везде.
Знаешь, пока все носились со мною,
мне предносилось виденье твоё.
Вот я на вороте пятна замою,
переменю торопливо бельё.
Радуйся — ангел стоит за спиною!
Но почему опершись на копьё?
1991
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
