Первый раз я увидела тебя ранней весной. Не люблю раннюю весну и позднюю осень - в них живет осколок зимы. Наткнулась однажды на репродукцию картины какого-то художника под названием «Весна» в глянцевом журнале: серый лес с потухшим взглядом и сдохшая речка в плевках снега. Черно-белая фотография довоенных времен в пигментных пятнах старости. Весна…
Я шла по улице, лил дождь. Стеной. И я шла сквозь эту стену туда, не знаю куда. В правой руке крепко держа большой черный зонт-трость, во рту перекатывая ириску. Левый глаз спал, а правый с интересом разглядывал немногочисленных прохожих. Вороний внутренний голос комментировал увиденное. Левой рукой я перебирала мелочь в кармане пальто. Пальто у меня ярко-оранжевого цвета - протест буро-серой весне.
Я шла. Обычная девушка. По обычной улице. В обычный день. И тут я увидела тебя. Сначала возникло ощущение, что кто-то невидимый схватил меня за руку и крепко держит, и, глянув на запястье, я увижу ровные кругляшки синяков черно-фиолетового цвета. Проклятая нежная кожа. Синяков не было. Но кто-то держал меня за руку! Ты? Я стояла и смотрела на тебя. Так смотрит слепой. Остановившимся взглядом. Казалось, что вся я через глаза ухожу к тебе, только физическая оболочка в ярко-оранжевой обертке, вцепившись в зонт, стоит посреди улицы. Все это длилось тридцать секунд. Я всегда чувствую время. Если тридцать секунд разбить на мгновения, получится внушительная цифра. Внушительное количество времени я стояла и смотрела на тебя. Потом меня толкнули. В спину. «Встала тут, корова!» - нечто похожее на женщину прошло мимо, стукнув меня по ноге авоськой и обдав запахом чужого тела. Я поморщилась. А ты смотрел на меня. Ты. Такой элегантный, ухоженный, такой красивый… Мне стало неловко. Я повернулась и пошла в противоположную сторону. От тебя.
Потом пришла именно та весна, из-за которой моё серце заходится в пляске святого Витта. Краски в одночасье набрали сочность – так распускается цветок. В явленном есть что-то нежное. В красках, в воздухе, в людях. Весна была повсюду, ее запах уже витал в воздухе и, как бы забавляясь, окутывал собой все живое, играя в прятки. Я спешила на встречу, разговаривая по телефону. Не люблю разговаривать на ходу. Ненавижу телефонные разговоры: когда не видишь глаз, и какой-то механически искаженный голос что-то бубнит тебе в ухо. Я уже забыла о тебе. Человеческая память избирательно странная. До сих пор помню все номера телефонов своих знакомых и даты их рождения, а о тебе забыла. Может быть, мне хотелось забыть. Но тут я снова увидела тебя. И жаркая волна узнавания накрыла меня с головой. Опалило лицо. Я побоялась подойти к тебе совсем близко. Недопустимо близко, по моим понятиям. Стояла в сторонке и пялилась на тебя, как ребенок. Тридцать секунд. Тридцать секунд. Короткие гудки из телефонной трубки. Мой остановившийся взгляд. Осознание, что фатально влюбилась. В тебя. Каждое утро я старалась пройти по этой улице, чтобы случайно или неслучайно увидеть тебя. Две случайности рождают закономерность. С колотившимся сердцем я шла по улице, где дважды увидела тебя. Каждое утро. Делала огромный крюк по дороге на работу, теряя драгоценное время. Но никакие потери времени не могли сравниться с той эйфорией, которая охватывала меня, когда я встречала тебя. Я готовилась к этой встрече. Каждое утро. И после - чувствовала странное опустошение внутри. Мне хотелось тобой обладать. Мне хотелось в любой момент прикоснуться к тебе в своей невыразимой ничем, кроме жеста, нежности. Но я могла только любоваться тобой. Со стороны. Все чаще я стала думать, что мы с тобой прекрасно смотрелись бы вместе. Я готова была на всё ради этого…
С тех пор прошло много времени. Тридцать секунд в миллионной степени. Ты со мной. Я могу прикоснуться к тебе, погладить, тихо выговаривая: «Мой. Любимый. Чертовски. Элегантный. Черный. Брючный. Костюм».
Один раз "!" и целых два раза "))"? -Штирлиц всерьез задумался о шифровке из Центра.
Не ударишь наотмашь изменой,
Не процедишь *пока* отстраненно,
И не скажешь:* Грядут перемены!*
В зимний вечер - усталый и томный.
Не уедешь домой по привычке,
Не обидишь презренья молчаньем,
И не вспыхнешь мгновенно, как спичка,
На мое - невпопад - замечанье.
Не надуешься мышью на гречку
От того, что мой тон неуместен,
И прощально - торжественной речью
Не заменишь счастливую песню.
Мы вдвоем - это здорово, право!
Мы - взаимной любви парадигма,
Ты навеки со мной , - милый, славный,
Днем и ночью - всегда, АППЕТИТ МОЙ!
:-)))
Прелесть, прелесть! Аппетит он такой да! Самый лучший друг!Я вообще уверена, что если хорошенько не поесть,то откуда ж взять силы на борьбу с полнотой?!
:)))
А знаешь, что больше всего впечатлило? Нет, не развязка - я как раз с самого начала гадала, что это? Платье? Пальто? Купальник?
"серый лес с потухшим взглядом и сдохшая речка в плевках снега" - вот это. Это же точка отсчета, от которой всё начинается. Ну, то есть, вообще всё.)
Прости, но увидев "До сих пор помню все номера телефонов своих знакомых и даты их рождения", не могу не дать ссыль. Двойняшка как есть.))
http://www.reshetoria.ru/user/ole/index.php?id=17044&page=1&ord=0
Спасибо, Олечкин, мне понравилось твоя миниатюра:-)
Насчет что бы это могло быть, я вот сейчас все больше склоняюсь к платьям:-))
По поводу чисел мне вспомнилась моя приятельница, котора пришла на прием к хирургу и на его вопрос, сколько вам лет? ответила:
- Двадцать четыре... Нет, двадцать пять... Двадцать шесть? А!Двадцать восемь!
Ну неет, жалко, что не про людей. Тогда бы про машину уже лучше бы, это было бы оправдательно-по-детски.А так... я расстроилась.(
Мышкин, у нас было разное детство:-) Меня в детстве машинки интересовали в самую последнюю очередь:-) Я предпочитала кукол, причем сделанных из картона, которым можно было рисовать наряды.
Не расстараивайся:-)
З.Ы. А подобную мини, но про любовь к машине я таки читала на каком-то из лит.сайтов, в исполнении таки мужчины:-)
концовка убила наповал))))
Ну, как говорят некоторые компетентные товарищи, концовка вполне пресказуемая,Тань:-) Так что реанимируйся:-)))
о, да, в стиле О.Генри :)
но я стал подозревать такой финал где-то в середине (неуловимо затянутое нежелание назвать героя сразу) понравилось!
Да что ж вы такой прозорливый, Гений?!
Спасибо за отзыв:-)
а из "искорок" моих финал про мобильный откуда думаете? гении они все такие :)
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
О Ты, пространством бесконечный,
Живый в движеньи вещества,
Теченьем времени превечный,
Без лиц, в трех лицах Божества!
Дух всюду Сущий и Единый,
Кому нет места и причины,
Кого никто постичь не мог,
Кто все Cобою наполняет,
Объемлет, зиждет, сохраняет,
Кого мы называем - Бог!
Измерить океан глубокий,
Cочесть пески, лучи планет
Xотя и мог бы ум высокий, -
Тебе числа и меры нет!
Не могут духи просвещенны,
От света Твоего рожденны,
Исследовать судеб Твоих:
Лишь мысль к Тебе взнестись дерзает, -
В Твоем величьи исчезает,
Как в вечности прошедший миг.
Хаоса бытность довременну
Из бездн Ты вечности воззвал,
А вечность, прежде век рожденну,
В Cебе Cамом Ты основал:
Cебя Cобою составляя,
Cобою из Cебя сияя,
Ты свет, откуда свет истек.
Cоздавый все единым Словом,
В твореньи простираясь новом,
Ты был, Ты есть, Ты будешь ввек!
Ты цепь существ в Cебе вмещаешь,
Ее содержишь и живишь;
Конец с началом сопрягаешь
И смертию живот даришь.
Как искры сыплются, стремятся,
Так солнцы от Тебя родятся;
Как в мразный, ясный день зимой
Пылинки инея сверкают,
Вертятся, зыблются, сияют, -
Так звезды в безднах под Тобой.
Светил возженных миллионы
В неизмеримости текут,
Твои они творят законы,
Лучи животворящи льют.
Но огненны сии лампады,
Иль рдяных кристалей громады,
Иль волн златых кипяший сонм,
Или горящие эфиры,
Иль вкупе все светящи миры -
Перед Тобой - как нощь пред днем.
Как капля в море опущенна,
Вся твердь перед Тобой сия.
Но что мной зримая вселенна?
И что перед Тобою я?
В воздушном океане оном,
Миры умножа миллионом
Стократ других миров, - и то,
Когда дерзну сравнить с Тобою,
Лишь будет точкою одною:
А я перед Тобой - ничто!
Ничто! - Но Ты во мне сияешь
Величеством Твоих доброт;
Во мне Себя изображаешь,
Как солнце в малой капле вод.
Ничто! - Но жизнь я ощущаю,
Несытым некаким летаю
Всегда пареньем в высоты;
Тебя душа моя быть чает,
Вникает, мыслит, рассуждает:
Я есмь - конечно есть и Ты!
Ты есть! - Природы чин вещает,
Гласит мое мне сердце то,
Меня мой разум уверяет,
Ты есть - и я уж не ничто!
Частица целой я вселенной,
Поставлен, мнится мне, в почтенной
Средине естества я той,
Где кончил тварей Ты телесных,
Где начал Ты духов небесных
И цепь существ связал всех мной.
Я связь миров повсюду сущих,
Я крайня степень вещества;
Я средоточие живущих,
Черта начальна божества;
Я телом в прахе истлеваю,
Умом громам повелеваю,
Я царь - я раб - я червь - я бог!
Но, будучи я столь чудесен,
Отколе происшел? - безвестен;
А сам собой я быть не мог.
Твое созданье я, Создатель!
Твоей премудрости я тварь,
Источник жизни, благ Податель,
Душа души моей и Царь!
Твоей то правде нужно было,
Чтоб смертну бездну преходило
Мое бессмертно бытие;
Чтоб дух мой в смертность облачился
И чтоб чрез смерть я возвратился,
Отец! - в бессмертие Твое.
Неизъяснимый, непостижный!
Я знаю, что души моей
Воображении бессильны
И тени начертать Твоей;
Но если славословить должно,
То слабым смертным невозможно
Тебя ничем иным почтить,
Как им к Тебе лишь возвышаться,
В безмерной радости теряться
И благодарны слезы лить.
1780 - 1784
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.