Когда я нечаянно наступаю кому-нибудь в проходе на больную ногу, то болезненно сочувствую испытавшему боль и искренне говорю: простите, ради бога. Думаю про себя: вот же я слепая дура, но и ты, дружок, тоже хорош - коль выставил в проход больную ногу, так предупреждать надо, мол, осторожнее ходите, переступайте через неё.
Однако, расскажу одну историю, которая уже о другом, хотя сюжет похож, и, как мне кажется, о более важном.
Однажды в бане я зашла в парилку, там была парно и темновато, поднялась по ступенькам на самый верх, обнесенный легкими перильцами, и сослепу (без очков, к тому же) встала на какую-то тряпку (удивилась даже, коврик, что ли?), лежащую под ногами. Стою. Заходит молодая, высокая, худощавая женщина, поднимается ко мне и, вдруг, начинает орать благим матом (и матом в буквальном смысле) на тюремной фене с угрозами спустить меня с лесенки. Я стою, оказывается, на её трусах, которые она подстелила для себя, но на минутку зачем-то вышла. И, вдруг, я почувствовала противный, животный страх, потому что от женщины исходила реальная, материальная волна настоящей угрозы. Поняла - зэчка, запрограммирована жизненным опытом на такое поведение. Она умеет вызывать в себе истерику, выдающую волну ярости, необходимую для выживания в опасной стае. Её мозг и душа в плену стереотипа. Я подавила страх, к счастью, у меня был опыт общения с такими людьми (правда, давний, и я подзабыла, потому испугалась сначала), сказала очень тихо, но твердо, ты, подруга, извини, не видела я, не заметила, и зря ты так раздухарилась, пойдем ка лучше по пивку треснем. И пошли, и треснули. Она оказалась славной.
Так вот, это я о стереотипах представлений о жизни и людях, будь они, эти стереотипы, неладны, Кэт, ибо, жить спокойно мне мешают лишь боль слева в подреберье и, Оле, глупый, детский страх сказать глупость. Борюсь: и с той, и с другим. С последним, как видите, успешно.
Молчание, конечно, золото (народная мудрость), но если уж начали говорить, то не бойтесь сказать глупость, ибо, обязательно, когда-нибудь, да скажете, но, тот, кто вас любит, умилится и простит, кто равнодушен, не услышит, кто, активно не любит, тот, что бы вы не сказали, всё равно расценит это, как глупость. И вообще, не бойтесь говорить. И вообще, ничего не бойтесь, кроме железобетонных конструкций в душе и в голове.
Милый мальчик, ты так весел, так светла твоя улыбка,
Не проси об этом счастье, отравляющем миры,
Ты не знаешь, ты не знаешь, что такое эта скрипка,
Что такое темный ужас начинателя игры!
Тот, кто взял ее однажды в повелительные руки,
У того исчез навеки безмятежный свет очей,
Духи ада любят слушать эти царственные звуки,
Бродят бешеные волки по дороге скрипачей.
Надо вечно петь и плакать этим струнам, звонким струнам,
Вечно должен биться, виться обезумевший смычок,
И под солнцем, и под вьюгой, под белеющим буруном,
И когда пылает запад и когда горит восток.
Ты устанешь и замедлишь, и на миг прервется пенье,
И уж ты не сможешь крикнуть, шевельнуться и вздохнуть, —
Тотчас бешеные волки в кровожадном исступленьи
В горло вцепятся зубами, встанут лапами на грудь.
Ты поймешь тогда, как злобно насмеялось все, что пело,
В очи, глянет запоздалый, но властительный испуг.
И тоскливый смертный холод обовьет, как тканью, тело,
И невеста зарыдает, и задумается друг.
Мальчик, дальше! Здесь не встретишь ни веселья, ни сокровищ!
Но я вижу — ты смеешься, эти взоры — два луча.
На, владей волшебной скрипкой, посмотри в глаза чудовищ
И погибни славной смертью, страшной смертью скрипача!
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
