Между прозаичными отрывками использунтся текст песни Зои Ященко "Какофония большого города".
Когда ты приехал сюда и увидел все это,
Зажглись огни на высотных зданиях,
Колокольни отбросили тени,
Из окон вырвались тысячи звуков -
Это город, это большой город...
Алан вышел из электрички, двери за ним медленно сошлись. Уже стемнело, он медленно шёл домой. Это самое дно мегаполиса. Алан уже почти год работал в крупной компании.
Мелкая сошка, но это его устраивало. Повсюду горели огни. Светились витрины, рекламные щиты, окна. Иногда кажется, что в больших городах не бывает ночи, свет ламп заменяет солнечный, за ним не видно звёзд…
Девочка шла вдоль ночного канала,
Думая о чем-то прекрасном.
Застывшие львы и сфинксы
Печально смотрели ей вслед,
Готовые к схватке по первому зову -
Это город, это большой город...
Проходя по мосту через канал, Алан заметил девочку. На ней был лёгкий белый плащ. Девочка что-то бормотала, гладя по морде медного сфинкса. И мраморный лев, завистливо глядя, печально склонил белую гриву.
Почтовый ящик забит до отказа
Творожной массой бесплатных газет,
Голову кружат яркие вспышки
Быстро бегущих строчек рекламы,
И ни одной строки для тебя -
Это город, это большой город...
После этого Алану в голову стали приходить странные мысли…
Когда живёшь один ночи тянуться бесконечно. Я не знал чем заняться полезным и шёл на ближайшую станцию, делал вид, будто кого-то жду. Потом мне это надоедало. Я шёл домой как можно медленнее.
У меня были друзья, но мне не хотелось проводить с ними время помимо того, которое доставалось на работе. Из всех тридцати миллионов жителей города не было ни единого, с кем бы я хотел поговорить. В такие дни иногда мне снилась та девочка. Я искал её, я искал её где-то на набережной ночного канала, где видел в первый раз, но я так и не смог её найти. Когда я просыпался, я ощущал её присутствие. Так я сам и не заметил, как дожил до своей третьей зимы в Городе. Казалось, словно я каждый день пытался дышать, стоя по горло в ледяной воде.
Словно я остался один в целом свете. Так мне казалось…
Если ты хочешь остаться один,
Закрой глаза и вспомни ту песенку,
Которую мама тебе напевала,
Когда ты рос далеко отсюда,
Если ты хочешь остаться один -
Это город, это большой город...
Ему снились странные сны. Как будто он на лето приехал в деревню к бабушке. Трава такая зелёная, небо такое голубое, ветер такой ласковый…
Но потом он просыпался. Видел за окном серое небо, город без жизни, город без цвета.
И нет никого в этом городе, кто мог бы его понять. Он так и не нашёл того человека, которого пытался искать так безуспешно и так отчаянно…
Но потом наступает осень,
Ты идешь с пакетом кефира
По трамвайным путям на стрелку,
По ковру из опавших листьев,
Только это совсем не листья,
Это деньги, это большие деньги...
Каждый вечер Алан заходил в магазин, подолгу стоял возле каждой полки и делал вид, будто выбирает. Но всё это только, что бы потянуть время до следующего утра.
Он проходил по самому дну Большого Города. Мимо старого бара, из которого пахло развратом и пивом, а ещё сигаретами. Огни вывесок светились высоко над его головой, но он уже привык не обращать на них внимания. Он не обращал внимания даже на прожектор, светивший ему в окно всю ночь. Так прошёл ёщё один год…
Когда ты приехал сюда и увидел все это,
С большим-большим чемоданом надежд,
Тебе в лицо рассмеялся прохожий,
Размахивая бутылкой портвейна:
Беги, кролик, беги!
Однажды вечером Алан сидел на кухне, и ему вдруг вспомнилось самое начало его жизни в Городе…
Он шёл с большим чемоданом по мокрым от дождя улицам. Ночные огни отражались на мокром асфальте. Тогда ему это казалось красивым. В лицо дул ещё свежий ветер, и тогда он понял, что хочет остаться здесь надолго.… Почти навсегда…
Ему не могли помешать ни пьяные крики прохожих, ни странный старик у входа в метро, кричавший: Беги пока не поздно!
И только теперь он понял, что надо было бежать именно тогда.
Стонет под аркой пьяное эхо:
Беги, кролик, беги!
В белых перчатках по первому снегу...
Беги, кролик, беги!
Он идет по городу, а затем переходит на бег. Он бежит, словно пытаясь убежать от проблем, оставить за спиной все те сложности, тягостные противоречия, которые отравляют ему жизнь. И он бежит, бежит…..бежит…
Стонет под аркой пьяное эхо:
Беги, кролик, беги!
В белых перчатках по первому снегу...
На полярных морях и на южных,
По изгибам зеленых зыбей,
Меж базальтовых скал и жемчужных
Шелестят паруса кораблей.
Быстрокрылых ведут капитаны,
Открыватели новых земель,
Для кого не страшны ураганы,
Кто изведал мальстремы и мель,
Чья не пылью затерянных хартий, —
Солью моря пропитана грудь,
Кто иглой на разорванной карте
Отмечает свой дерзостный путь
И, взойдя на трепещущий мостик,
Вспоминает покинутый порт,
Отряхая ударами трости
Клочья пены с высоких ботфорт,
Или, бунт на борту обнаружив,
Из-за пояса рвет пистолет,
Так что сыпется золото с кружев,
С розоватых брабантских манжет.
Пусть безумствует море и хлещет,
Гребни волн поднялись в небеса,
Ни один пред грозой не трепещет,
Ни один не свернет паруса.
Разве трусам даны эти руки,
Этот острый, уверенный взгляд
Что умеет на вражьи фелуки
Неожиданно бросить фрегат,
Меткой пулей, острогой железной
Настигать исполинских китов
И приметить в ночи многозвездной
Охранительный свет маяков?
II
Вы все, паладины Зеленого Храма,
Над пасмурным морем следившие румб,
Гонзальво и Кук, Лаперуз и де-Гама,
Мечтатель и царь, генуэзец Колумб!
Ганнон Карфагенянин, князь Сенегамбий,
Синдбад-Мореход и могучий Улисс,
О ваших победах гремят в дифирамбе
Седые валы, набегая на мыс!
А вы, королевские псы, флибустьеры,
Хранившие золото в темном порту,
Скитальцы арабы, искатели веры
И первые люди на первом плоту!
И все, кто дерзает, кто хочет, кто ищет,
Кому опостылели страны отцов,
Кто дерзко хохочет, насмешливо свищет,
Внимая заветам седых мудрецов!
Как странно, как сладко входить в ваши грезы,
Заветные ваши шептать имена,
И вдруг догадаться, какие наркозы
Когда-то рождала для вас глубина!
И кажется — в мире, как прежде, есть страны,
Куда не ступала людская нога,
Где в солнечных рощах живут великаны
И светят в прозрачной воде жемчуга.
С деревьев стекают душистые смолы,
Узорные листья лепечут: «Скорей,
Здесь реют червонного золота пчелы,
Здесь розы краснее, чем пурпур царей!»
И карлики с птицами спорят за гнезда,
И нежен у девушек профиль лица…
Как будто не все пересчитаны звезды,
Как будто наш мир не открыт до конца!
III
Только глянет сквозь утесы
Королевский старый форт,
Как веселые матросы
Поспешат в знакомый порт.
Там, хватив в таверне сидру,
Речь ведет болтливый дед,
Что сразить морскую гидру
Может черный арбалет.
Темнокожие мулатки
И гадают, и поют,
И несется запах сладкий
От готовящихся блюд.
А в заплеванных тавернах
От заката до утра
Мечут ряд колод неверных
Завитые шулера.
Хорошо по докам порта
И слоняться, и лежать,
И с солдатами из форта
Ночью драки затевать.
Иль у знатных иностранок
Дерзко выклянчить два су,
Продавать им обезьянок
С медным обручем в носу.
А потом бледнеть от злости,
Амулет зажать в полу,
Всё проигрывая в кости
На затоптанном полу.
Но смолкает зов дурмана,
Пьяных слов бессвязный лет,
Только рупор капитана
Их к отплытью призовет.
IV
Но в мире есть иные области,
Луной мучительной томимы.
Для высшей силы, высшей доблести
Они навек недостижимы.
Там волны с блесками и всплесками
Непрекращаемого танца,
И там летит скачками резкими
Корабль Летучего Голландца.
Ни риф, ни мель ему не встретятся,
Но, знак печали и несчастий,
Огни святого Эльма светятся,
Усеяв борт его и снасти.
Сам капитан, скользя над бездною,
За шляпу держится рукою,
Окровавленной, но железною.
В штурвал вцепляется — другою.
Как смерть, бледны его товарищи,
У всех одна и та же дума.
Так смотрят трупы на пожарище,
Невыразимо и угрюмо.
И если в час прозрачный, утренний
Пловцы в морях его встречали,
Их вечно мучил голос внутренний
Слепым предвестием печали.
Ватаге буйной и воинственной
Так много сложено историй,
Но всех страшней и всех таинственней
Для смелых пенителей моря —
О том, что где-то есть окраина —
Туда, за тропик Козерога!—
Где капитана с ликом Каина
Легла ужасная дорога.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
