Апокалипсис от Артёма. Гл. 9. Спор с Андреем Максимовым
9. Спор с Андреем Максимовым
В "Евангелии от Антона" в главе "Об эсхатологии" есть фрагмент о том, как на канале "Культура" ведущий передачи "Ночной полёт" Андрей Максимов беседовал с Еленой Чуковской. У Артёма появилась мысль поближе познакомиться с Андреем (за годы общения в интернете выработалась привычка обращаться по-простому – по имени, без всяких отчеств, независимо от регалий и статусов).
Обнаружил, что Андреем немало всего написано и издано. Через интернет-магазин приобрёл несколько книг, стал знакомиться. Начал с "Найти Иисуса" – "роман-экшн", как его анонсирует сам Андрей: "это роман-экшн, где с героями на каждой странице происходят невероятные приключения; это роман о поиске Бога, попытка понять, кто таков Бог, и почему люди не могут без него жить".
Вот это – "почему люди не могут без него жить" – как говорится, резануло слух Артёму, с его атеистическим мировосприятием и мировоззрением. Почему это так заявляется, что люди не могут без Бога жить? Тогда уж надо уточнять – без какого именно Бога, и что именно за люди, какие?
Если без религиозных богов – то люди вполне могут без них обходиться, и множество людей и обходится. А вот о том, что кто-то не может именно без них, без религиозных богов обойтись (такое ведь, действительно, есть), то это уж просто некоторая зависимость, связанная с некоторыми особенностями натуры человека – врождёнными, или приобретёнными. Мало ли от чего человек становится зависимым, о чём он может сказать, что без этого он "жить не может". Алкоголик – без алкоголя, курильщик – без табака, наркоман – без наркотиков, экстремал – без острых ощущений, те, что Казановы и Дон Жуаны – без женщин и любовных приключений и т.д.
Огульное обобщение Максимова – "люди не могут без Бога жить" – это, извините, неправда. Неправда, если имеется в виду бог религиозный. Вот тут и есть необходимость уточнить – а какого же бога имел в виду Андрей, называющий себя верующим? Кстати, надо уж уточнять оба эти термина – "бог" и "вера".
Вот Артём – он же атеист, но не относит себя к безбожникам. Да, он отвергает религиозных богов (кстати, для себя отвергает, не для других – каждый волен верить во что хочет). Но он, для принятия для себя некоего духовного стержня, пришёл по жизни к вере в некий Высший Смысл, предопределивший появление разума. Не просто лишь появление существ разумных, его, этот разум несущих, смертных, друг друга сменяющих. А именно – обязательность во Вселенной наличия Разума, как какой-то высшей и вечной субстанции.
Да, такая вот Высшая Идея, о ней у Артёма и были более подробные разговоры с Антоном в той деревеньке по Рязанью. Вот вера в эту субстанцию, в высший Смысл, в Высший Разум – и есть для них обоих их Вера. Так что они себя тоже относят к верующим. Поэтому, чтобы не было каких-то разночтений и недопониманий, тем, кто верит в религиозных богов, лучше называть себя религиозными, или, как они сами себя часто называют, – воцерковлёнными.
И уж обязательно надо уточнить понятие термина "духовность", узурпированного, присвоенного себе религией. Религиозность – это одно, духовность – совсем другое, по мнению Артёма – эти понятия во многом просто противоположны и несовместимы.
Андрей говорит: "люди не могут без Бога жить". Да, какие-то люди не могу жить без религиозных богов. Ну, и Господь с ними, пусть они с этими богами и живут и верят в них, раз это им так необходимо, раз это им жизнь облегчает (к этому – "жизнь облегчает" – мы ещё вернёмся).
Но есть люди, которые не могут жить без стремления к познанию мира. И они этот мир с древних времён и познавали, порой рискуя жизнью, а то и лишаясь её – взять хотя бы тех, кто смотрел в небо, на звёзды, опровергал религиозную "гипотезу" сотворения мира.
Церковники, правда, лицемерно будут поминать видных учёных, которые, видите ли, тоже были "верующими". Ну, и что? Они, что же, делали свои открытия на основе религиозных "учений", развивая их? Допустим, они в силу традиций (семейных, общественных), или в связи с организацией собственной психологии и натуры, или по причине каких-то жизненных обстоятельств пришли в какой-то мере в религию, или просто говорили, что верующие, или лишь верили в то, что религия для общества полезна, да, мало ли как у них с религией быть могло... Они же такие же, как и все люди... Но какое отношение религия имеет к их научным изысканиям? Ну, ведь никакого же...
То есть, о чём тут Артём хотел сказать? О том, что он согласен с Андреем, что есть люди, которые "не могут без Бога жить". Вот они с ним и живут, с тем, которого им одни придумали, другие навязали (читай рассказ Гордея "Крещение Руси" в "Евангелии от Антона" в главе "Местный диссидент"), а третьи обеспечивают им эту "веру" необходимыми ритуалами. Они ведь бога-то не ищут, живут с тем, которого им всучили. Верят тысячу лет, но вера эта не делает ни людей, ни общество лучше. А сейчас, для современной цивилизации, религии и разобщённость общества по религиозному принципу стали просто-таки опасными, смертельно опасными.
Но есть, слава Богу, другая потребность – это тяга к знаниям, к размышлениям, к поиску. Именно это человеческое качество развивало общество, а не вера в Бога, только оно и может человечество спасти.
Вот, пожалуй, и всё в отношении фразы, которую Артём прочитал на обложке книги. А что сама книга? Как сказать? Экшн, он экшн и есть... Концовка забавная. Никаких поисков Бога, в философском смысле, там нет. Хотя Иисуса там действительно искали, и даже нашли... Поговорить только почти не пришлось.
Следующей книгой Максимова, которую взялся читать Артём, была "Многослов. Книга, с которой можно разговаривать". В аннотации к книге сказано: "Мы говорим слова, часто не понимая их смысла. Слова превратились в маски, мы не вглядываемся в их суть. Автор попробовал разобраться в сути самых главных слов, составляющих смысл человеческой жизни. На самом деле эта книга не о словах – она о нас с вами".
Начав читать книгу, Артём, с этим согласился – книга о нас с вами, то есть объект изучения – это мы. Но ведь оценки исследователя будут зависеть не только от объекта изучения, но и от того, кто этот объект взялся исследовать.
У Артёма была какая-то ещё надежда, что Андрей под Богом понимает всё же не религиозного бога, а тоже – какую-то Высшую Идею, пусть как-то и по-другому им понимаемую, чем это они с Антоном сформулировали. Но, нет... О том, в какого бога Андрей верит, написано в разделе "Вера в Бога" чётко и однозначно:
"Церковь – это единственный Дом Бога на земле... Церковь заслуживает всяческого уважения именно потому, что это, повторю, – единственный на Земле Дом Господа... Однако как относиться к тем, кто верит в другого Бога? С уважением и... жалостью. Да, не гневом, а именно – жалостью... Если бы люди научились так относиться к чужой Вере, скольких бы бед на Земле удалось избежать!".
Мозга за мозгу заходит!.. Верьте каждый в своего религиозного бога, считайте его истинным, а ко всем, верящим в других богов, относитесь не с гневом, а с жалостью – в рай-то им с неправильным богом теперь не попасть. А вот если бы все так иноверцев жалели, желали бы им взаимно лишь счастливой дороги в ад, вот бы и мир на Земле наступил...
В рассуждениях о вере Андрей приходит к такому, почти философскому выводу насчёт добра и зла: "...только Вера в Бога, на мой взгляд, способна по-настоящему организовать жизнь человека, дать абсолютные критерии добра и зла, что по большому счёту, очень облегчает жизнь".
Почти по Хаксли: "Большая часть жизни – это одно непрекращающееся усилие, направленное на то, чтобы уйти от необходимости думать".
Не менее интересны рассуждения Андрея в разделе "Борьба":
"Хочется, конечно, воскликнуть: ах, будьте все смиренны! Воскликнуть-то можно, но кто тебя услышит?.. И, значит, борьба – это то, что необходимо возможно быстрей миновать, чтобы двигаться естественным путём по дороге к счастью".
Прочитав о призывах к смирению и "естественным путём по дороге к счастью", Артём вспомнил давно когда-то виденную иллюстрацию к Библии для детей: под деревом на лужайке вблизи реки сидят молодые мама и папа, рядом играют мальчик и девочка, недалеко на лужайке лежит лев, а около него щиплет травку ягнёнок...
А ещё вспомнилась статья Николая Бердяева, о которой они говорили с Антоном в главе "Церковь стала другой". Статья называлась "Существует ли в православии свобода мысли и совести?". Эпиграфом к ней Бердяев взял слова Ницше "Вы стали маленькими и будете всё меньше: это сделало Ваше учение о смирении и послушании".
Андрей говорит, что "борьба – неестественна для нас". Это как же так? А как же главный библейский завет о борьбе духа с плотью? То есть – 1/3 против 70%... Нет, что-то вы, господин Максимов, совсем запутались...
Артём зарегистрировался на форуме сайта, который вёл Андрей для связи со своими читателями, оставил эту полемику с ним в качестве одной из тем форума. Может, разговор состоится... А то так возьмёт, да и удалит эту тему...
Тему Андрей не удалил. Даже ответил, кратко:
– Спасибо за внимание ко мне. Практически на все Ваши вопросы есть ответы в "Многослове". Кроме того, подчеркну, что я всегда говорю о том, что не претендую на истину в последней инстанции и вполне могу ошибаться.
Артём ответил в том же духе:
– Спасибо за ответ. "Многослов" читаю, но на ваши ответы в нём появляются новые вопросы. Возможно, поговорим.
Прошло несколько недель, более от Андрея каких-либо сообщений не было. На первое, вступительное сообщение Артёма одна из посетительниц, с которой здесь потом состоялся разговор, отреагировала так:
–И в чем вопрос?
Артём:
– Хотя бы эти (взяты прямо из текста). Почему это так заявляется, что люди не могут без Бога жить? Тогда уж надо уточнять – без какого именно Бога, и что именно за люди, какие? Андрей говорит, что "борьба – неестественна для нас". Это как же так? А как же главный библейский завет о борьбе духа с полотью? То есть – 1/3 против 70%...
Общение с этой посетительницей, а так же с некоторыми другими участниками форума состоялось, но Андрей к нему не присоединился.
...Вновь я посетил
Тот уголок земли, где я провел
Изгнанником два года незаметных.
Уж десять лет ушло с тех пор - и много
Переменилось в жизни для меня,
И сам, покорный общему закону,
Переменился я - но здесь опять
Минувшее меня объемлет живо,
И, кажется, вечор еще бродил
Я в этих рощах.
Вот опальный домик,
Где жил я с бедной нянею моей.
Уже старушки нет - уж за стеною
Не слышу я шагов ее тяжелых,
Ни кропотливого ее дозора.
Вот холм лесистый, над которым часто
Я сиживал недвижим - и глядел
На озеро, воспоминая с грустью
Иные берега, иные волны...
Меж нив златых и пажитей зеленых
Оно синея стелется широко;
Через его неведомые воды
Плывет рыбак и тянет за собой
Убогой невод. По брегам отлогим
Рассеяны деревни - там за ними
Скривилась мельница, насилу крылья
Ворочая при ветре...
На границе
Владений дедовских, на месте том,
Где в гору подымается дорога,
Изрытая дождями, три сосны
Стоят - одна поодаль, две другие
Друг к дружке близко,- здесь, когда их мимо
Я проезжал верхом при свете лунном,
Знакомым шумом шорох их вершин
Меня приветствовал. По той дороге
Теперь поехал я, и пред собою
Увидел их опять. Они всё те же,
Всё тот же их, знакомый уху шорох -
Но около корней их устарелых
(Где некогда всё было пусто, голо)
Теперь младая роща разрослась,
Зеленая семья; кусты теснятся
Под сенью их как дети. А вдали
Стоит один угрюмый их товарищ
Как старый холостяк, и вкруг него
По-прежнему всё пусто.
Здравствуй, племя
Младое, незнакомое! не я
Увижу твой могучий поздний возраст,
Когда перерастешь моих знакомцев
И старую главу их заслонишь
От глаз прохожего. Но пусть мой внук
Услышит ваш приветный шум, когда,
С приятельской беседы возвращаясь,
Веселых и приятных мыслей полон,
Пройдет он мимо вас во мраке ночи
И обо мне вспомянет.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
