На экране сияли меленькие океанские волны. Крепко сбитое стадо кензоанских шашлычно-мохеровых курдючных архаромериносов, выкрашенных режиссером в защитный синий цвет, бодренько плыло в сторону восходящего солнца. На овечьих спинах покоился плот, а на плоту, осененные флагом страны-производителя голливудских блокбастеров, лежали двое из ста пятидесяти героев фильма — двое спасших мир и выживших. Хэппи-энд, слезы усталой радости, титры.
— Хороший фильм, — сказал президент и выключил плазму. — В год Овцы наша страна добилась великих свершений. Кто автор образа этих дивных барашков?
Джен Псаки, разжалованная в секретари, запустила Линукс на своем планшете и спустя несколько секунд ответила:
— Некто Хельми. Русская из Карелии. Публикуется на сайте «Решетория». Там ее Лукас и нашел.
— Карелия, Карелия... — пробормотал президент, подходя к интерактивной карте мира, занимавшей все стены Овального кабинета. По карте летали разноцветные самолетики, плавали кораблики и ездили поезда, видно было, где добывали нефть и где ее превращали в бензин, автомобильные и прочие заводики извергали продукцию, подрастали рис и пшеница, паслись коровы и северные олени. Военных действий и террористических актов не наблюдалось. Лепота! — Ах, вот она, Карелия! Кто бы мог подумать!
Карта с прошлого года слегка изменилась. Штаты приросли Мексикой, решив тем самым проблему нелегальных мигрантов, а вот Аляска вкупе с изрядным куском Канады образовала Независимый Клондайк и теперь светится где-то вверху своим флагом из чистого золота. Крепкий Таможенный Союз раскинулся от Португалии до Пакистана, здесь, собственно, и подрастают мировые запасы пшеницы. Вторую житницу образовал ШРЭК — Шанхайский Рисовый Этно-аграрный Конгломерат. Объединившиеся прибалтийские страны назвали себя ЮРКА — Юрмальский Развлекательный Кластер-Альфа — и живут себе припеваючи. А главное — везде мир и порядок. Спасибо нам, мне и мистеру российскому президенту, за нашу грамотную внешнюю политику. Жаль, не узнать, что он сам думает по этому поводу. Мобильного телефона не держит, не подслушать...
В дальнем углу кабинета звякнул йотафон. Президент обернулся.
— Да, так наградите эту Хельми путевкой в кругосветный круиз, — сказал он, обходя стол. — Да что там — всем авторам сайта выдайте по путевке. Пусть поездят, посмотрят, еще чего интересного напишут. А я уж в Голливуд потом звякну.
— Слушаю, сэр, — ответила Псаки, машинально поправляя бирюзовые бусы на кофейной блузке. Она уже успела поднять девайс и выбрать нужный экран. — Из гаража звонят, сообщают, что ё-мобиль подан.
Глаза президента засветились детской радостью. Сейчас он поедет в аэропорт и пересечет океан. Вечером — Кремлевская елка!
2015. Тридцать первое декабря. Восточное полушарие
— Пашка! Смотри, я купила заливной язык, икру, свежий багет, рыбки и ветчину на оливье. Ты шампанское в холодильник поставил?
— Вчера еще, — ответил Пашка, снимая с жены пуховик. — Мы вот с Тимычем квартиру прибрали, гирлянды развесили.
— А это что еще? — Алла кивнула на батарею фейерверков, прислоненную к обувному ящику. — Деньги на ветер?
— Никаких денег! Подарок от коллег! А еще у меня квартальная премия, на Рождество едем куда пожелаешь!
— О, так я еще подумаю!
Из комнаты вылетел вертолетик, виртуозно управляемый с пульта, а за ним — весь такой предновогодний Тимыч.
— Мама! Смотри, как я умею!
Вертолетик сделал сальто и приземлился на холодильник.
— Вы ж мои умницы! — Алла поцеловала сына и мужа. — Идите прогуляйтесь, а я посмотрю «Иронию судьбы» и салатики порежу.
2027. Тридцать первое декабря. Западное полушарие
Президент выключил голографический экран с каким-то древним фильмом про звездные войны и прошелся по Овальному кабинету мимо интерактивной карты Солнечной системы. Карта слегка изменилась с прошлого года. Меркурий был снят русскими с орбиты, распилен и запущен на их китайские заводы в качестве дешевого сырья. Теперь на его месте болталась солнечная электробаза, смонтированная трудолюбивыми арабами, у которых, наконец-то, кончилась нефть. Космопорт на Марсе разросся вдвое, с него то и дело взлетали разноцветные звездолетики. Внутренние рейсы Марс – Антарктида курировала объединенная Корея, научные экспедиции на Венеру обеспечивала Беларусь (Батька на склоне лет проникся естествознанием), а в Дальний Космос летали все те же неугомонные русские. Они, кстати, и на Марсе самый большой город-сад отстроили, еще и с копиями всех своих достопримечательностей. Да ладно, русские так русские. Главное, везде мир и порядок. Не будет порядка — наши на Альдебаране мне обе головы снесут.
Пискнул зуммер связи. Президент распечатал на принтере удобную для трехпалой руки трубку и приложил ее к своему зеленому уху. Вызов был от секретаря.
— Господин президент, планетолет у подъезда.
Глаза президента засветились детской радостью. Сейчас он полетит на Марс. Вечером — Кремлевская елка!
2027. Тридцать первое декабря. Восточное полушарие
— Пашка! Смотри, я купила заливной язык, икру, свежий багет, рыбки и ветчину на оливье. Ты шампанское в холодильник поставил?
— Вчера еще, — ответил Пашка, снимая с жены графеновое нанопальто. — Мы вот с Тимычем квартиру прибрали, гирлянды развесили.
— А это что еще? - Алла кивнула на батарею фейерверков, прислоненную к обувному ящику. — Деньги на ветер?
— Никаких денег! Тимыч подарил, знает, как я это дело люблю!
— А сам он где?
— Да с Маруськой своей на даче. На моем вертолете полетели.
— Вы ж мои умницы! — Алла поцеловала мужа. — Давай смотреть «Иронию судьбы», а потом я салатики порежу.
И как он медлил, то мужи те,
по милости к нему Господней,
взяли за руку его, и жену его, и двух
дочерей его, и вывели его,
и поставили его вне города.
Бытие, 19, 16
Это вопли Содома. Сегодня они слышны
как-то слишком уж близко. С подветренной стороны,
сладковато пованивая, приглушенно воя,
надвигается марево. Через притихший парк
проблеснули стрижи, и тяжелый вороний карк
эхом выбранил солнце, дрожащее, как живое.
Небо просто читается. Пепел и птичья взвесь,
словно буквы, выстраиваются в простую весть,
что пора, брат, пора. Ничего не поделать, надо
убираться. И странник, закутанный в полотно,
что б его ни спросили, вчера повторял одно:
Уходи. Это пламя реальней, чем пламя Ада.
Собирайся. На сборы полдня. Соберешься – в путь.
Сундуки да архивы – фигня. Населенный пункт
предназначен к зачистке. Ты выживешь. Сущий свыше
почему-то доволен. Спасает тебя, дружок.
Ты ли прежде писал, что и сам бы здесь все пожог?
Что ж, прими поздравленья. Услышан. Ты складно пишешь.
Есть одно только пламя, писал ты, и есть одна
неделимая, но умножаемая вина.
Ты хотел разделить ее. Но решено иначе.
Вот тебе к исполненью назначенная судьба:
видеть все, и, жалея, сочувствуя, не судя,
доносить до небес, как неправедники свинячат.
Ни священник, ни врач не поможет – ты будешь впредь
нам писать – ты же зряч, и не можешь того не зреть,
до чего, как тебе до Сириуса, далеко нам.
Даже если не вслух, если скажешь себе: молчи,
даже если случайно задумаешься в ночи, -
все записывается небесным магнитофоном.
Ты б слыхал целиком эту запись: густой скулеж
искалеченных шавок, которым вынь да положь
им положенное положительное положенье.
Ты б взвалил их беду, тяжелейшую из поклаж?
Неуместно, безвестно, напрасно раздавлен - дашь
передышку дыре, обрекаемой на сожженье.
Начинай с тривиального: мой заблеванных алкашей,
изумленному нищему пуговицу пришей, -
а теперь посложнее: смягчай сердца убежденных урок,
исповедуй опущенных, увещевай ментов, -
и сложнейшее: власть. С ненавистных толпе постов
поправляй, что придумает царствующий придурок:
утешай обреченных, жалей палачей и вдов…
А не можешь – проваливай. Знать, еще не готов.
Занимайся своими письменными пустяками.
И глядишь, через годы, возьми да и подфарти
пониманье, прощенье и прочее. Но в пути
лучше не оборачивайся. Превратишься в камень.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
Авторизация
Камертон
