…тогда он очнулся. Вокруг стоял шум, вечеринка продолжалась. Дима посмотрел по сторонам и снова уткнулся в пьяные руки Маши. Ему не было весело, ему не было грустно. Его не было – он чувствовал пустоту себя, окутавшую весь этот сигаретный хлам цепью бессмысленности. Громкость бывает разной, подумал он. Вот громкость дома, когда в абсолютной тишине ты слышишь почти колокольный звон крепких стен. Вот громкость базарной торговки, крикливой и бойкой бабенки. Громкость душевных ран. Ее не сделать тише, не выключить насовсем. Он думал о Вове. Вова отражался о потную кожу Маши. Он пропитал собой Машу. Маша стала тенью. Маша, Маша…
Все говорили, что Дима и Маша очень похожи. Диме нравилось думать об этом. Его младшая сестричка была красивой и обольстительной девушкой. Она росла сама по себе, но всегда рядом с Димой. Он следил, чтобы она читала хорошие книги, смотрела нужные фильмы, слушала Музыку. Когда молодые люди знакомились с Машей, они всегда удивлялись, что Маша читает Мёрдок и Достоевского, Мураками и Бёлля, знает, кто такие Моррисон и Джоплин, узнает кадры Бертолучи. Но вот беда – со временем она стала чуть умнее остальных. Мужчины и женщины стали ей не так интересны, как удивительные личности.
Маша плакала.
-Выйдем?
-Ага.
Они вышли на свежий воздух. Маша закурила.
-Он обвинил меня в том, что заболел.
Дима промолчал.
-Целый год я поддерживала его, теперь все стало известно – ему осталось мало времени. Он озлобился, он ненавидит меня, он обвиняет, обвиняет меня!
Дима обнял ее и начал успокаивать, что он мог ей предложить еще?..
Вова заболел. Очень сильно похудел. Болезнь съедала его изнутри. Теперь он подписывал свои работы как «Качественное зло», страшно иронизируя по поводу собственной болезни. Наверное, он боялся будущего. Странно, что начинаешь его боятся, когда совсем не остается ни сил, ни каких-либо других возможностей жить.
«Сестренка, у тебя новые морщинки. Поплачь и улыбнись, жизнь черно-белая…» С кладбища шли молча.
Еще далёко мне до патриарха,
Еще на мне полупочтенный возраст,
Еще меня ругают за глаза
На языке трамвайных перебранок,
В котором нет ни смысла, ни аза:
Такой-сякой! Ну что ж, я извиняюсь,
Но в глубине ничуть не изменяюсь.
Когда подумаешь, чем связан с миром,
То сам себе не веришь: ерунда!
Полночный ключик от чужой квартиры,
Да гривенник серебряный в кармане,
Да целлулоид фильмы воровской.
Я как щенок кидаюсь к телефону
На каждый истерический звонок.
В нем слышно польское: "дзенкую, пане",
Иногородний ласковый упрек
Иль неисполненное обещанье.
Все думаешь, к чему бы приохотиться
Посереди хлопушек и шутих, -
Перекипишь, а там, гляди, останется
Одна сумятица и безработица:
Пожалуйста, прикуривай у них!
То усмехнусь, то робко приосанюсь
И с белорукой тростью выхожу;
Я слушаю сонаты в переулках,
У всех ларьков облизываю губы,
Листаю книги в глыбких подворотнях --
И не живу, и все-таки живу.
Я к воробьям пойду и к репортерам,
Я к уличным фотографам пойду,-
И в пять минут - лопаткой из ведерка -
Я получу свое изображенье
Под конусом лиловой шах-горы.
А иногда пущусь на побегушки
В распаренные душные подвалы,
Где чистые и честные китайцы
Хватают палочками шарики из теста,
Играют в узкие нарезанные карты
И водку пьют, как ласточки с Ян-дзы.
Люблю разъезды скворчащих трамваев,
И астраханскую икру асфальта,
Накрытую соломенной рогожей,
Напоминающей корзинку асти,
И страусовы перья арматуры
В начале стройки ленинских домов.
Вхожу в вертепы чудные музеев,
Где пучатся кащеевы Рембрандты,
Достигнув блеска кордованской кожи,
Дивлюсь рогатым митрам Тициана
И Тинторетто пестрому дивлюсь
За тысячу крикливых попугаев.
И до чего хочу я разыграться,
Разговориться, выговорить правду,
Послать хандру к туману, к бесу, к ляду,
Взять за руку кого-нибудь: будь ласков,
Сказать ему: нам по пути с тобой.
Май - 19 сентября 1931
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
