- Привет, что так поздно? (Чмок!) С проектом задержали? Ну, давай, раздевайся, ужин на столе. Руки помой. Да не это полотенце! Это Вовкино полотенце, а твое - вот, зеленое. Сколько раз говоришь, а все без толку! Ну, иди, садись. На ужин вчерашние щи, сегодняшняя гречка и завтрашние котлеты. Завтрашние - потому что я их на завтра нажарила, но Вовка уже съел всю курицу, поэтому тебе придется котлеты. А завтра что есть будем - не знаю, у меня денег на два дня осталось. Ну да ладно, что-нибудь придумаю. Но, вообще-то, ваш Назарыч мог бы вам зарплату и поднять. Вон у Леваковой Нинки муж по восемьдесят приносит, на все хватает. Они своему Родиону репетитора наняли по математике, а то этот чертов еге, или оге, гиа (бряк! - вилку уронила) или как там это у них называется...
- Да.
- Что да? Что ты дакаешь? Оторвись от планшета, а то ведь как дите малое! Раньше мужики за едой хоть газеты читали, умнели хоть, а ты все в планшете этом своем! Я с тобой о важном разговариваю, а ты! Вовке сапоги на зиму нужны, в школу за питание, а ты все - да! да! (Хрясь! - муху полотенцем). Господи, куда мои глаза глядели, когда замуж выходила?
- Наверное, нет.
- Что нет? Что ты заладил - нет, нет? Да, у меня нет пальто! То есть пальто есть, но старое, уже в нем не выйти. Кстати, Труничевы нас зовут на арбузник. В субботу. Я тогда с утра постираю, супчик сварю, чтоб Вовке было что поесть, когда с тренировки придет, и часам к трем пойдем. Надо только куртку с антресолей достать. Достанешь?
- Очень вкусно. Дай еще котлетку.
- Да ты меня, вообще, слушаешь? Блин, когда еще семейные дела обсудить, как не за ужином? Ты вечно на работе, я тоже, между прочим, не в потолок плюю с утра до вечера. Ты к Труничевым пойдешь?
- Я спать (забирает планшет с собой).
- Козел! (Плачет на кухне, заедая слезы последней котлетой с майонезом).
Как обещало, не обманывая,
Проникло солнце утром рано
Косою полосой шафрановою
От занавеси до дивана.
Оно покрыло жаркой охрою
Соседний лес, дома поселка,
Мою постель, подушку мокрую,
И край стены за книжной полкой.
Я вспомнил, по какому поводу
Слегка увлажнена подушка.
Мне снилось, что ко мне на проводы
Шли по лесу вы друг за дружкой.
Вы шли толпою, врозь и парами,
Вдруг кто-то вспомнил, что сегодня
Шестое августа по старому,
Преображение Господне.
Обыкновенно свет без пламени
Исходит в этот день с Фавора,
И осень, ясная, как знаменье,
К себе приковывает взоры.
И вы прошли сквозь мелкий, нищенский,
Нагой, трепещущий ольшаник
В имбирно-красный лес кладбищенский,
Горевший, как печатный пряник.
С притихшими его вершинами
Соседствовало небо важно,
И голосами петушиными
Перекликалась даль протяжно.
В лесу казенной землемершею
Стояла смерть среди погоста,
Смотря в лицо мое умершее,
Чтоб вырыть яму мне по росту.
Был всеми ощутим физически
Спокойный голос чей-то рядом.
То прежний голос мой провидческий
Звучал, не тронутый распадом:
«Прощай, лазурь преображенская
И золото второго Спаса
Смягчи последней лаской женскою
Мне горечь рокового часа.
Прощайте, годы безвременщины,
Простимся, бездне унижений
Бросающая вызов женщина!
Я — поле твоего сражения.
Прощай, размах крыла расправленный,
Полета вольное упорство,
И образ мира, в слове явленный,
И творчество, и чудотворство».
1953
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
Авторизация
Камертон
