|
|
Сегодня 29 сентября 2026 г.
|
Все знают и все понимают только дураки и шарлатаны (Антон Чехов)
Проза
Все произведения Избранное - Серебро Избранное - ЗолотоК списку произведений
| из цикла "Проза" | НЕ ЦЕНЗУРНЫЙ КОНФУЗ | Галина Михайловна, учительница 2-го класса"Б", воспользовавшись переменой, просматривала тетради, своих маленьких учеников, на звук открывающейся классной двери, встретила взглядом входящего заплаканного Славика Сурина.
-Славик что случилось?- немного строго спросила учительница.
-Меня Синцов обругал не хорошими словами.
-Какими?-немного смягчившись, спросила учительница.
-Не цензурными,- почти по буквам пролепетал Славик. Матом,-добавил он.
-Ты уверен, что матом?
-Да,Галина Михайловна, уверен.
-А как он тебя обругал?
-Нет, нельзя говорить мама ругать будет.
-Ну, хорошо,хорошо Славик, скажи на какую букву он сказал это не хорошее слово?
-На буковку "В".
_Хорошо, ты иди побегай, а я с Синццовым поговорю.
Славик из хорошей вполне интеллигентной семьи. Галина Михайловна хорошо знала его маму, которая часто заходила в школу, справляясь об учёбе сына.Синцов, напротив, был из менее благополучной. Мама его была постоянно занята, приходила редко, отец в школе вообще не появлялся. Да и был ли он? Впрочем в данный момент, она об этом не думала, нужно побыстрей просмотреть тетрадки и проставить оценки. Но её внимание что-то стало отвлекать, всматриваясь в тетрадку того самого Синцова, вдруг поймала себя том, что отвлекает её иная, вообщем забавная мысль. В голове мелкали не цензурные известные ей слова, но на букву "В" ничего не вспоминалось. "Чёрт возьми",- ни одного не знаю, переберая в памяти запретные выражения.
В учительской, в перемену, со смехом подошла к своей подруге, учительнице из паралельного класса, Марии Петровне.
-Слушай Маш, Синцов паршивец, обругал Славика Сурина, ну аккуратненький такой тихий мальчик.
-Ну?
-Ну, ну. Обругал матом.
-Да, ладно тебе, поругай Синцова и всё.
-Да, уж поругала, но дело в том, что Синцов обругал его на букву "В". Славик так сказал.
Мария Петровна растеряно смотрела на подругу, и чуть ли не вслух стала переберать хорошо знакомые ей ещё с детства слова.
-Да, тише ты. Ещё услышат. Давай у Коли физкультурника спросим.
Николай Сергеич, по роду своих занятий, знал все те слова и даже более. Он тяжело и глубокомысленно, на сколько для него это было возможно, задумался, но помочь не смог, и в смущении развёл руками.
К концу дня вся школа,в лице учительского состава, во главе с директором, мучительно перебирали все известные им слова не традиционной лексики.
Наконец, сдался сам директор Пал Палыч.
-Галина Михайловна,- виновато улыбаясь, обратился он. Я Вас прошу, подилекатней спросте Славика Сурина, что за матерное слово сказал ему Синцов, паршивец этакий.
-Ой! Павел Павлович и Вы знаете?- чуть покраснев, засмеялась Галина Михайловна. Ладно спрошу.
-Славик!- подойди ко мне,- улучшив момент, задержала уходящего домой мальчика, Галина Михайловна.Какое не хорошее слово сказал тебе Синцов. Не бойся, я маме не скажу.
Учителя, в озорном ожидании смотрели на вбежавшую молодую учительницу.
-Ну, говори, не бойся,- после не большой паузы, немного сторого, сказала завуч школы.
-Как, дам в ебало.И под дружный хохот учителей добавила, мы ещё приставки и предлоги не проходили. | |
| Автор: | tovarisz | | Опубликовано: | 23.04.2009 11:39 | | Просмотров: | 4390 | | Рейтинг: | 0 | | Комментариев: | 0 | | Добавили в Избранное: | 0 |
Ваши комментарииЧтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться |
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Кобаяси Исса
Авторизация
Камертон
Семь стихотворений
Только зеркало зеркалу снится,
Тишина тишину сторожит...
Решка
Вместо посвящения
По волнам блуждаю и прячусь в лесу,
Мерещусь на чистой эмали,
Разлуку, наверно, неплохо снесу,
Но встречу с тобою — едва ли.
Лето 1963
1. Предвесенняя элегия
...toi qui m'as consolee.
Gerard de Nerval
Меж сосен метель присмирела,
Но, пьяная и без вина,
Там, словно Офелия, пела
Всю ночь нам сама тишина.
А тот, кто мне только казался,
Был с той обручен тишиной,
Простившись, он щедро остался,
Он насмерть остался со мной.
10 марта 1963
Комарово
2. Первое предупреждение
Какое нам в сущности дело,
Что все превращается в прах,
Над сколькими безднами пела
И в скольких жила зеркалах.
Пускай я не сон, не отрада
И меньше всего благодать,
Но, может быть, чаще, чем надо,
Придется тебе вспоминать —
И гул затихающих строчек,
И глаз, что скрывает на дне
Тот ржавый колючий веночек
В тревожной своей тишине.
6 июня 1963
Москва
3. В Зазеркалье
O quae beatam, Diva,
tenes Cyprum et Memphin...
Hor.
Красотка очень молода,
Но не из нашего столетья,
Вдвоем нам не бывать — та, третья,
Нас не оставит никогда.
Ты подвигаешь кресло ей,
Я щедро с ней делюсь цветами...
Что делаем — не знаем сами,
Но с каждым мигом все страшней.
Как вышедшие из тюрьмы,
Мы что-то знаем друг о друге
Ужасное. Мы в адском круге,
А может, это и не мы.
5 июля 1963
Комарово
4. Тринадцать строчек
И наконец ты слово произнес
Не так, как те... что на одно колено —
А так, как тот, кто вырвался из плена
И видит сень священную берез
Сквозь радугу невольных слез.
И вкруг тебя запела тишина,
И чистым солнцем сумрак озарился,
И мир на миг преобразился,
И странно изменился вкус вина.
И даже я, кому убийцей быть
Божественного слова предстояло,
Почти благоговейно замолчала,
Чтоб жизнь благословенную продлить.
8-12 августа 1963
5. Зов
В которую-то из сонат
Тебя я спрячу осторожно.
О! как ты позовешь тревожно,
Непоправимо виноват
В том, что приблизился ко мне
Хотя бы на одно мгновенье...
Твоя мечта — исчезновенье,
Где смерть лишь жертва тишине.
1 июля 1963
6. Ночное посещение
Все ушли, и никто не вернулся.
Не на листопадовом асфальте
Будешь долго ждать.
Мы с тобой в Адажио Вивальди
Встретимся опять.
Снова свечи станут тускло-желты
И закляты сном,
Но смычок не спросит, как вошел ты
В мой полночный дом.
Протекут в немом смертельном стоне
Эти полчаса,
Прочитаешь на моей ладони
Те же чудеса.
И тогда тебя твоя тревога,
Ставшая судьбой,
Уведет от моего порога
В ледяной прибой.
10-13 сентября 1963
Комарово
7. И последнее
Была над нами, как звезда над морем,
Ища лучом девятый смертный вал,
Ты называл ее бедой и горем,
А радостью ни разу не назвал.
Днем перед нами ласточкой кружила,
Улыбкой расцветала на губах,
А ночью ледяной рукой душила
Обоих разом. В разных городах.
И никаким не внемля славословьям,
Перезабыв все прежние грехи,
К бессоннейшим припавши изголовьям,
Бормочет окаянные стихи.
23-25 июля 1963
Вместо послесловия
А там, где сочиняют сны,
Обоим — разных не хватило,
Мы видели один, но сила
Была в нем как приход весны.
1965
|
|