– Да врешь ты, дура!
Ксюха снова послала меня в объезд, а я уверен, что сегодня прорвусь. Там по обочине чуток, пока камеру не повесили. (Или повесили? Я уже напоролся на прошлой неделе). Там перестроиться, тут втопить, здесь не зевнуть…
– Прорвемся, Ксюша, не дрейфь!
Я люблю ездить на машине. Точнее, я люблю ехать. Даже по утрам, даже по городу. С термокружкой кофе и многими лошадьми под задницей. Люблю оставлять проблемы позади и не люблю камеры. Люблю Москву и знаю ее хорошо. Но в Москве есть пробки… Они такие изменчивые, такие непредсказуемые, но, в отличие от женщин, совсем непривлекательные. Поэтому я завел себе Оксану. Немного сбивчиво, да? Просто я как раз сейчас еду в машине по утренним пробкам. Рывками вырываясь из них и снова попадая. Так, рывками, и думаю. Я бы мог настроить навигатор, чтоб он был Димой, но мне показалось это противоестественным. Мне только Димы в машине не хватало! Я и на Оксану-то ору, а его бы я давно уже прибил! Вообще-то, Оксана умница! Характер у нее ровный и голос, хоть и очень нейтральный, но приятный. Ее невозможно вывести из себя, в отличие от меня – я это ценю.
Но, после очередного обновления (сами понимаете, у живых дам – спа, массаж, а у этой – ПО, то бишь программное обеспечение) наше взаимопонимание улетучилось, и хрупкий мостик виртуальной дружбы рассыпался в прах. Я заметил, что, когда радио начинало вещать про пробки или просто произносить некие ключевые слова, с гаджетом происходило странное. Он начинал пощелкивать, потрескивать и всячески сигнализировать мне, что услышал нечто знакомое и готов строить и перестраивать маршруты по новым направлениям. Тогда я окончательно перестал ассоциировать его с Оксаной, а Оксану с женщиной. Потом все стало даже хуже – я перестал ассоциировать Оксану с человеком. Просто я понял, что именно мне напоминают эти пощелкивания. Так озвучивали в фильмах ужасов огромных пауков-монстров! Какая на фиг тут Оксана?!
Уже давно прошли несколько очередных обновлений ПО. Уже гаджет «вылечился» и начинает предлагать свои поисковые услуги, только услышав слово «Яндекс». Я уже снова дружу с Оксаной, иногда называю Ксюшей и откровенно ругаюсь, когда она тупит. Но все равно, прежней Оксаны у меня уже не будет – уж очень пауки мне неприятны оказались.
Предчувствиям не верю, и примет
Я не боюсь. Ни клеветы, ни яда
Я не бегу. На свете смерти нет:
Бессмертны все. Бессмертно всё. Не надо
Бояться смерти ни в семнадцать лет,
Ни в семьдесят. Есть только явь и свет,
Ни тьмы, ни смерти нет на этом свете.
Мы все уже на берегу морском,
И я из тех, кто выбирает сети,
Когда идет бессмертье косяком.
II
Живите в доме - и не рухнет дом.
Я вызову любое из столетий,
Войду в него и дом построю в нем.
Вот почему со мною ваши дети
И жены ваши за одним столом,-
А стол один и прадеду и внуку:
Грядущее свершается сейчас,
И если я приподымаю руку,
Все пять лучей останутся у вас.
Я каждый день минувшего, как крепью,
Ключицами своими подпирал,
Измерил время землемерной цепью
И сквозь него прошел, как сквозь Урал.
III
Я век себе по росту подбирал.
Мы шли на юг, держали пыль над степью;
Бурьян чадил; кузнечик баловал,
Подковы трогал усом, и пророчил,
И гибелью грозил мне, как монах.
Судьбу свою к седлу я приторочил;
Я и сейчас в грядущих временах,
Как мальчик, привстаю на стременах.
Мне моего бессмертия довольно,
Чтоб кровь моя из века в век текла.
За верный угол ровного тепла
Я жизнью заплатил бы своевольно,
Когда б ее летучая игла
Меня, как нить, по свету не вела.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
