Как-то Ученик пришёл к Мастеру и спросил:
- Я три года повторяю за тобой всё, что делаешь ты, Мастер. Когда ты отдыхаешь, отдыхаю и я. Когда встаёшь ты, встаю и я. Когда ты выходишь на улицу, я тоже выхожу. Я научился видеть зелёный осколок в зелёной траве и белый снег на белом дереве. Моё лицо уже не боится ни жары, ни холода, а сердце бьётся медленно и спокойно. Я пью чай и вдыхаю аромат деревьев и кустов. Если я вижу повозку, я знаю, куда она едет. Если я не вижу повозку, я всё равно знаю, куда она едет. Может, я уже стал Мастером?
Мастер молчал.
- Я умею спать сидя и сидеть во сне. Я умею думать о Вечном и презирать Настоящее. Я редко опорожняю свой мочевой пузырь, потому что знаю - если это делать часто, случится нехорошее. Я выучил язык бродячих собак и кошек. С пятнадцати шагов я могу попасть камушком в бутылочное горлышко. Может, я всё-таки стал Мастером?
Но Мастер опять ничего не ответил Ученику.
- Ты спишь, Мастер? – спросил тогда Ученик.
И Мастер поднял на него свои глаза.
- Я никогда не сплю, юноша. Поэтому я Мастер, а ты станешь им, когда лист, слетевший с дерева, превратится в прекрасного мотылька – сказал он: - Ты никогда не будешь сидеть на моём месте. Твой удел находиться там, откуда ты пришёл ко мне. Да, твоя будка холодна зимой и горяча летом, а здесь всегда тепло и сухо. Но ты слишком мягок и спокоен, что бы стать Мастером. А когда ты мягок и спокоен, ты незащищён. Ты любишь тех, кого видишь, и видишь тех, кого любишь. Разве этому ты учился у меня три года?
- Нет, не этому… - грустно ответил Ученик: - Я учился у тебя быть твёрдым, как кость и подозрительным, как волк. Я учился следить за теплом почек и холодом головы...
- А что ты делаешь вместо этого? – громко спросил Мастер: - Может, ты ответил на все вопросы в Книге Загадок?
- Нет – сказал Ученик: - Я ответил меньше, чем на четверть вопросов…
- Посмотри на мою Книгу – Мастер указал Ученику на лежащий перед ним манускрипт: - Тут только один вопрос без ответа, на шестьдесят восьмой странице, четыре буквы по горизонтали – «Сухой туман», вторая буква «г». Но следующий выпуск сканвордов выйдет через неделю и за это время я найду ответ. Поэтому я работаю охранником в магазине «Шторы», а ты сидишь при шлагбауме на въезде в торговый центр и подсматриваешь за мной. Поэтому моя зарплата двадцать тысяч, а твоя – шестнадцать. Поэтому ты работаешь сутки через двое, а я каждый день. Это магазин «Шторы», сынок! Что ты будешь делать здесь двенадцать часов каждый день?
- Я буду сидеть в телефоне… - прошептал Ученик.
- В телефоне! – захохотал Мастер: - А если Шакро Молодой выйдет из тюрьмы и захочет совершить налёт? Или чеченцы? Или японские отморозки? Это «Шторы», это лакомый кусок! У меня один глаз в сканворде, а второй всегда смотрит на улицу! Сегодня мужчина перепутал нашу дверь и дверь химчистки! И я отметил это в журнале происшествий и два раза докладывал начальству! Полдня мы обсуждали этот случай с продавщицей Томой! Начальство приехало и вынесло мне благодарность! А ты бы так и сидел в своём телефоне… Ступай прочь, юноша. Работа охранником без лицензии похожа на бушующее море, а ты смотришь на это море с берега… Уходи в свою будку, я и так многое рассказал тебе.
И юноша ушёл и путь его был извилист. Опавшие листья превращались в прах под его ногами. Он не вернулся в свою будку при шлагбауме торгового центра. Он дошёл до ближайшего универсама и устроился охранником туда. Двадцать тысяч, вахта, бесплатная еда, неделя через неделю с проживанием прямо там, в универсаме. И через пять дней он поймал свою первую бабушку с украденным помидором.
А через два месяца он стал Мастером. Он покинул универсам, прошёл мимо магазина «Шторы» и опавшие листья мотыльками взлетали из-под его ног. Он устроился охранником в районную поликлинику. У него появились свои стул, стол, кушетка и чайник. Он ненавидел заболевших старушек и разгадывал сборники сканвордов за три минуты. А «Сухой туман» из четырёх букв по горизонтали, вторая буква «г», он отгадал ещё в универсаме…
Однажды, через много-много лет, когда он сдавал смену, мимо их поста охраны прошёл кто-то без бахил.
- Кто это прошёл так тихо и незаметно? – спросил он у молодого сменщика.
- Это твоя жизнь – ответил сменщик.
Он вскочил и догнал её.
- Без бахил проходить нельзя – сказал он своей жизни.
И это были его последние слова. Сухой туман из четырёх букв накрыл его и стёр все следы пребывания на земле.
Одинокая птица над полем кружит.
Догоревшее солнце уходит с небес.
Если шкура сера и клыки что ножи,
Не чести меня волком, стремящимся в лес.
Лопоухий щенок любит вкус молока,
А не крови, бегущей из порванных жил.
Если вздыблена шерсть, если страшен оскал,
Расспроси-ка сначала меня, как я жил.
Я в кромешной ночи, как в трясине, тонул,
Забывая, каков над землей небосвод.
Там я собственной крови с избытком хлебнул -
До чужой лишь потом докатился черед.
Я сидел на цепи и в капкан попадал,
Но к ярму привыкать не хотел и не мог.
И ошейника нет, чтобы я не сломал,
И цепи, чтобы мой задержала рывок.
Не бывает на свете тропы без конца
И следов, что навеки ушли в темноту.
И еще не бывает, чтобы я стервеца
Не настиг на тропе и не взял на лету.
Я бояться отвык голубого клинка
И стрелы с тетивы за четыре шага.
Я боюсь одного - умереть до прыжка,
Не услышав, как лопнет хребет у врага.
Вот бы где-нитьбудь в доме светил огонек,
Вот бы кто-нибудь ждал меня там, вдалеке...
Я бы спрятал клыки и улегся у ног.
Я б тихонько притронулся к детской щеке.
Я бы верно служил, и хранил, и берег -
Просто так, за любовь! - улыбнувшихся мне...
...Но не ждут, и по-прежнему путь одинок,
И охота завыть, вскинув морду к луне.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
