Виктор часто вспоминал своё детство и не находил в нём ничего хорошего, кроме полузабытых маминых ласк и её песни про серенького волчка. Мама умерла, когда Вите было четыре года. Родила ему сестру Олю и скончалась прямо в родзале, как потом он узнал. Отец женился на красивой женщине с длинными вьющимися каштановыми волосами.
Мачеха всё внимание отдавала малышке, а Витю почему-то невзлюбила. Её неприязнь, казалось, лилась из карих глаз тёмной жижей, заполняя всё пространство, в котором жил приёмный сын. Она постоянно "грызла" мальчика за малейшие оплошности, несправедливо обвиняла в каких-то своих неудачах, жестоко наказывала.
Прошли годы. Тяжёлое детство закалило Виктора. Он добился в жизни всего, чего хотел. Закончил школу с отличием, университет. Стал замечательным программистом, имел престижную работу, отдельную квартиру. У него была очаровательная жена, добрая и понимающая. Иногда Виктор вспоминал дни, когда мачеха садилась с Олей у телевизора, и они смотрели американские мультфильмы, включив видеомагнитофон, а ему тогда так хотелось увидеть добрую вечернюю сказку и послушать песню об усталых игрушках...
... Он прислонил к стене очередную задушенную жертву , красивую брюнетку лет тридцати, и вложил ей в руки игрушечную лохматую собаку. "Вот и Филя отомщён. Осталась еще Каркуша..." - подумал Виктор и улыбнулся. В голове победно зазвучало: "Спят усталые игрушки..."
У меня в детстве была собака, которую я звала Филя. А вот заяц был не Степашкой, а Зайцевым, как фигурист.Ещё была пластмассовая кукла Толер Кренстон и обезьяна Обезьян Обезьянович, но это совершенно непонятно в честь кого. А, и заводной трактор с прицепом Тр-тр Митя! Хочу свой жёлтый ящик с игрушками-и-и!
Хочу ящик с игрушками.
Хочу ящик с игрушками.
Я иду искать...
Мыша, я с тобой!..
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Словно тетерев, песней победной
развлекая друзей на заре,
ты обучишься, юноша бледный,
и размерам, и прочей муре,
за стаканом, в ночных разговорах
насобачишься, видит Господь,
наводить иронический шорох -
что орехи ладонью колоть,
уяснишь ремесло человечье,
и еще навостришься, строка,
обихаживать хитрою речью
неподкупную твердь языка.
Но нежданное что-то случится
за границею той чепухи,
что на гладкой журнальной странице
выдавала себя за стихи.
Что-то страшное грянет за устьем
той реки, где и смерть нипочем, -
серафим шестикрылый, допустим,
с окровавленным, ржавым мечом,
или голос заоблачный, или...
сам увидишь. В мои времена
этой мистике нас не учили -
дикой кошкой кидалась она
и корежила, чтобы ни бури,
ни любви, ни беды не искал,
испытавший на собственной шкуре
невозможного счастья оскал.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.