Это самая неприятная улица в моей жизни. Она соединяет Цомет-Ата с основной частью Кирьят-Ата, пересекая промышленную зону посёлка. Улица невелика. Я её прохожу за 15-20 минут, это две автобусных остановки. Впрочем, если учесть израильскую жару, можно сказать, что почти каждый днь я совершаю мужественный поступок- прохожу эту улицу пешком.
О, эти запахи! Первой на моём пути попадается небольшая речушка, которая медленно несёт свои зловонные воды густого зелёно-жёлтого цвета. Вдоль улицы тянутся небольшие предприятия. По дороге проносится множество частных автомобилей, такси,автобусов. Вот магазин мясных продуктов- отходы выбрасываются прямо на улицу. На бесплатное угощение сбегаются собаки, слетаются криклывые вороны и какие-то белые молчаливые птицы, названия которых я не знаю. Когда прилетают эти птицы, вороны тут-же
исчезают. Белые птицы безвучно опускаются на свои тонкие ноги и,сгорбившись и нахохлившись, приближаются к своей цели. Кошки на них не обращяют внимание, и безмолвные птицы клюют пищу рядом с кошками неторопливо и задумчиво.
Далее тянется цепь небольших грязных забегаловок. Небольшой ресторан с изображением повара, игриво приглашающего вас на шашлык из курятины. Гараж, ремонтная мастерская, сново маленькое кафе...Резкий запах каустика и неизвестных мне химикатов заставляет ускорить шаг. Ну вот и первая автобусная остановка. В ожидании автобуса сидят молодые арвбы- рабочие с соседних преприятий. Огромный самосвал перекрывает дорогу, пытаясь развернуться и создав дорожную пробку. Народ в автомобилях нервно давит на клаксоны.
Я не люблю эту улицу ещё и потому, что, проходя по ней, вспоминаю о женщине, живущей в Москве.
Я вспоминаю обиды. которые она мне нанесла, оправдываю свои поступки, стараюсь докозать самому себе, что я прав. Эта женщина мне не нужна, я прекрасно проживу и живу без неё, наши затянувшиеся отношения зашли в тупик...
Вот из-за всего этого я и не люблю улицу, которая прямой серой лентой упирается в перекрёсток.
Неподалёку от перекрёстка ещё одна автобусная остановка, последняя на моём пути. На остановке в ожидании автобуса часто стоит очень некрасивая женщина, узколица, остроноса, с множеством бородовак на лице, женщина относительно молода. На ней всегда красивое платье. Она работает на соседнем предприятии,и, видимо, после душа тщательно одевается, но без косметики. Почему-то мне кажется, она глубоко несчастна.
Может быть, она обо мне думает то же самое.
Я сворачиваю на узкое шоссе, затенённое огромными эвкалиптами, и через несколько минут достигаю цели своего пути.
Картина мира, милая уму: писатель сочиняет про Муму; шоферы колесят по всей земле со Сталиным на лобовом стекле; любимец телевиденья чабан кастрирует козла во весь экран; агукая, играючи, шутя, мать пестует щекастое дитя. Сдается мне, согражданам не лень усердствовать. В трудах проходит день, а к полночи созреет в аккурат мажорный гимн, как некий виноград.
Бог в помощь всем. Но мой физкультпривет писателю. Писатель (он поэт), несносных наблюдений виртуоз, сквозь окна видит бледный лес берез, вникая в смысл житейских передряг, причуд, коллизий. Вроде бы пустяк по имени хандра, и во врачах нет надобности, но и в мелочах видна утечка жизни. Невзначай он адрес свой забудет или чай на рукопись прольет, то вообще купает галстук бархатный в борще. Смех да и только. Выпал первый снег. На улице какой-то человек, срывая голос, битых два часа отчитывал нашкодившего пса.
Писатель принимается писать. Давно ль он умудрился променять объем на вакуум, проточный звук на паузу? Жизнь валится из рук безделкою, безделицею в щель, внезапно перейдя в разряд вещей еще душемутительных, уже музейных, как-то: баночка драже с истекшим сроком годности, альбом колониальных марок в голубом налете пыли, шелковый шнурок...
В романе Достоевского "Игрок" описан странный случай. Гувернер влюбился не на шутку, но позор безденежья преследует его. Добро бы лишь его, но существо небесное, предмет любви - и та наделала долгов. О, нищета! Спасая положенье, наш герой сперва, как Германн, вчуже за игрой в рулетку наблюдал, но вот и он выигрывает сдуру миллион. Итак, женитьба? - Дудки! Грозный пыл объемлет бедолагу. Он забыл про барышню, ему предрешено в испарине толкаться в казино. Лишения, долги, потом тюрьма. "Ужели я тогда сошел с ума?" - себя и опечаленных друзей резонно вопрошает Алексей Иванович. А на кого пенять?
Давно ль мы умудрились променять простосердечье, женскую любовь на эти пять похабных рифм: свекровь, кровь, бровь, морковь и вновь! И вновь поэт включает за полночь настольный свет, по комнате описывает круг. Тошнехонько и нужен верный друг. Таким была бы проза. Дай-то Бог. На весь поселок брешет кабыздох. Поэт глядит в холодное окно. Гармония, как это ни смешно, вот цель его, точнее, идеал. Что выиграл он, что он проиграл? Но это разве в картах и лото есть выигрыш и проигрыш. Ни то изящные материи, ни се. Скорее розыгрыш. И это все? Еще не все. Ценить свою беду, найти вверху любимую звезду, испарину труда стереть со лба и сообщить кому-то: "Не судьба".
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
