В семье Камовых обед. За столом сидят мать, отец и их семилетний сын Игорек. Сегодня, в школе, где учится Игорек, первоклассников водили в театр на спектакль «Волшебная лампа Аладдина». Мать за обедом заводит разговор об этом событии.
- Тебе понравилось представление?
Игорек не отрывая глаз от тарелки, кивает.
- А запомнилось особенно, что?
- Все, - буркает Игорек.
- Так не бывает, - назидательно говорит мать, – что-то одно всегда нравится больше, чем другое.
- Что же там может не понравиться? – удивляется сын. - Это ведь не как вы с папой живете.
- Вот те раз! - подает голос отец. – Ну-ка, будь добр, поделись своими мыслями о нас.
Игорек различает сарказм в словах родителя и ни звука, только ниже наклоняет голову.
- Ты что, в рот воды набрал? – настаивает родитель.
- А чего говорить? – пожимает плечами Игорек. - Каждый день одно и то же – ничего интересного, а тебя что не спроси, сразу я или маленький, или нужно учиться лучше.
- Ясно, - говорит задетый за живое отец, - смотрю, ты так и не понял, что театр – это только место для зрелищ, а спектакль всего лишь выдумка автора. Это все не по-настоящему, для вида…
- Нет, пап, - решительно перебивает его Игорек, - это мы живем понарошку, - и, глядя прямо в глаза отцу, заключает с непоколебимой уверенностью. - В театре все по-настоящему.
На секунду или две родители растерянно замирают. Игорек обводит взглядом их неподвижные лица, тяжело вздыхает и опять склоняется над тарелкой, как если б ему сейчас никого не хотелось видеть.
Одинокая птица над полем кружит.
Догоревшее солнце уходит с небес.
Если шкура сера и клыки что ножи,
Не чести меня волком, стремящимся в лес.
Лопоухий щенок любит вкус молока,
А не крови, бегущей из порванных жил.
Если вздыблена шерсть, если страшен оскал,
Расспроси-ка сначала меня, как я жил.
Я в кромешной ночи, как в трясине, тонул,
Забывая, каков над землей небосвод.
Там я собственной крови с избытком хлебнул -
До чужой лишь потом докатился черед.
Я сидел на цепи и в капкан попадал,
Но к ярму привыкать не хотел и не мог.
И ошейника нет, чтобы я не сломал,
И цепи, чтобы мой задержала рывок.
Не бывает на свете тропы без конца
И следов, что навеки ушли в темноту.
И еще не бывает, чтобы я стервеца
Не настиг на тропе и не взял на лету.
Я бояться отвык голубого клинка
И стрелы с тетивы за четыре шага.
Я боюсь одного - умереть до прыжка,
Не услышав, как лопнет хребет у врага.
Вот бы где-нитьбудь в доме светил огонек,
Вот бы кто-нибудь ждал меня там, вдалеке...
Я бы спрятал клыки и улегся у ног.
Я б тихонько притронулся к детской щеке.
Я бы верно служил, и хранил, и берег -
Просто так, за любовь! - улыбнувшихся мне...
...Но не ждут, и по-прежнему путь одинок,
И охота завыть, вскинув морду к луне.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
