Скоро подходит к концу первый семестр, но студенты МГУ всё ещё продолжают самозабвенно разделываться с прошлогодними хвостами... усердно и расточительно растрачивая энергию уже этого нового учебного года.
А молодые физики, ставшие учащимися Университета Стенфорда, в данный момент все свои усилия прикладывают на ипподроме, согласно текущей программы обучаясь грамоте верховой езды.
А ещё у них есть хоккей, или баскетбол на выбор, гимнастика, скалолазание, бассейн, правила сервировки стола... Вечером в клубе предстоит встреча с делегацией из Китая, с лёгкой музыкой, сыром, и с красным вином. Днём конференция, спонсоры угощают, ведут в ресторан...
Те, наши россияне, что впервые попадают в американский ВУЗ, вначале смотрят на это несколько с высока, даже похваляются, сравнивая постановку учебного процесса с российской традиционной школой. Никто здесь над душой у тебя не стоит, особо много не требуют, не подгоняют. Лафа у американцев, а не учёба!
Глэн, студент, будущий учёный, изучающий физику малых тел, недавно вернулся с научной практики из Европы, опубликовавший параллельно доклад по морским птицам в известный журнал по биологии..., показывает своё увлечение резьбой по дереву. Дома у себя смастерил великолепный резной стол.
Можно, конечно можно, так обычно у нас всё и делается, любой ценой заставить студента вызубрить предмет. Насадить силою знание науки. Много раз заставить пересдавать, чтобы уж до конца убедиться в закреплённых знаниях.
Как обещало, не обманывая,
Проникло солнце утром рано
Косою полосой шафрановою
От занавеси до дивана.
Оно покрыло жаркой охрою
Соседний лес, дома поселка,
Мою постель, подушку мокрую,
И край стены за книжной полкой.
Я вспомнил, по какому поводу
Слегка увлажнена подушка.
Мне снилось, что ко мне на проводы
Шли по лесу вы друг за дружкой.
Вы шли толпою, врозь и парами,
Вдруг кто-то вспомнил, что сегодня
Шестое августа по старому,
Преображение Господне.
Обыкновенно свет без пламени
Исходит в этот день с Фавора,
И осень, ясная, как знаменье,
К себе приковывает взоры.
И вы прошли сквозь мелкий, нищенский,
Нагой, трепещущий ольшаник
В имбирно-красный лес кладбищенский,
Горевший, как печатный пряник.
С притихшими его вершинами
Соседствовало небо важно,
И голосами петушиными
Перекликалась даль протяжно.
В лесу казенной землемершею
Стояла смерть среди погоста,
Смотря в лицо мое умершее,
Чтоб вырыть яму мне по росту.
Был всеми ощутим физически
Спокойный голос чей-то рядом.
То прежний голос мой провидческий
Звучал, не тронутый распадом:
«Прощай, лазурь преображенская
И золото второго Спаса
Смягчи последней лаской женскою
Мне горечь рокового часа.
Прощайте, годы безвременщины,
Простимся, бездне унижений
Бросающая вызов женщина!
Я — поле твоего сражения.
Прощай, размах крыла расправленный,
Полета вольное упорство,
И образ мира, в слове явленный,
И творчество, и чудотворство».
1953
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
