Всякий, кто вместо одного колоса или одного стебля травы сумеет вырастить на
том же поле два, окажет человечеству и своей родине большую услугу, чем все
политики, взятые вместе
Ёкнуло сердце!..
Проламывая ледяной ветер на трёхколёсном электровелике, который за малые габариты, большую грузоподъёмность и рабочее усердие величаю не иначе как Яшкой в память о героическом ишачке из моей Каракалпакской были, я по привычке бросаю взгляд на водонапорную башню. А там…
Там в разлохмаченном хворосте аистиного гнезда белеет – не снежок наметённый, не ледок наслоённый, а… птица! И первая моя мысль со скоростью света опережает всякую логику и аналитику:
«Аист! Не улетел, бедняжка, остался зимовать, одиношечка, может, даже по причине больного крыла или раненой ножки»…
Сбрасываю «газ», останавливаю Яшку, тревожно всматриваюсь вверх, начиная размышлять:
«Да нет же, какой аист: декабрь через два дня! Это, вероятно, клочок бумаги ветер занёс в гнездо. Показалось…».
Для убеждения снимаю очки и протираю стёкла. А, надев их, внятно различаю, что на краю гнезда сидит – нет, не ошибся я первоначально – белопёрая птица, но… голубок, белый голубь, вжавший голову в выпуклую колесом грудь. Он нахохлился и чуть покачивается на ветру.
И отлегло у меня от сердца:
«Вот ведь где пристроился, белокрылый, в отсутствие хозяев! А я уж всяких бед нафантазировал. Ну, сиди, сиди, хотя место, чудак, выбрал ты не самое укромное да тихое. Разве тёплых безветренных чердаков в станице мало? А впрочем, дело твоё, ты здесь птах местный, к осеням-зимам кубанским привычный»…
И, улыбаясь, я кручу ручку скорости, продолжая путь.
Две сотни счетчик намотает, —
очнешься, выпятив губу.
Сын Человеческий не знает,
где приклонить ему главу.
Те съехали, тех дома нету,
та вышла замуж навсегда.
Хоть целый век летай по свету,
тебя не встретят никогда.
Не поцелуют, не обнимут,
не пригласят тебя к столу,
вторую стопку не придвинут,
спать не положат на полу.
Как жаль, что поздно понимаешь
ты про такие пустяки,
но наконец ты понимаешь,
что все на свете мудаки.
И остается расплатиться
и выйти заживо во тьму.
Поет магнитофон таксиста
плохую песню про тюрьму.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
