«Уилли, Уилли, что ж ты будешь делать в Будапеште?»
Как-то прошёл этот фильм мимо меня. Решил исправить после просмотра «Патерсона» от одноимённого режиссёра. Исправил… Чем же он берёт, этот монстр «независимого кино»? Именно независимого, а в кавыках — ибо термин. Постмодерн же? Безусловно. Но… без характерных эклектики, плагиата, рыданий, наносного. Без душка. Просто это эстетика Джармуша.
Фильм-состояние о трёх неприкаянных. Их ленивая ниочёмная жизнь, которой они и управлять-то толком не умеют. Спонтанно всё, на импульсах. Часто они даже не осознают причины, побуждающие их к действию. Они только глухо «слышат» свои порывы и уступают им, но не анализируют — не умеют.
«Странная штука: приезжаешь в другой город, а кажется, будто никуда и не уезжал». Да, Эдди, так будет всегда, если смотреть и не видеть. Быть пустым и не хотеть наполниться.
Конечно, много иносказания, много сарказма — «телеужин», развенчание американского мифа «дороги», рая-Флориды, эта никогданеснимаемая шляпа по-ньюйоркски. А чего стоит эпизод столкновения двух антимиров! «Эй, оставь парня! Он работает на ЗАВОДЕ!» Об этом можно много писать, но я хочу остановиться на одном. Хочется сказать о главном для меня в этом фильме. Он меня «замедляет». С некоторых пор я очень ценю это в кинолентах. Попробую объяснить.
Думаю (наверняка), что Джармуш не ставил перед собой этой задачи, но он очень удачно обозначил ту пропасть времени, которая зияет между его 1984 и 2018. 30-35 лет. Треть века. И всё! Та жизнь — это уже миф. Её не вернуть никак... Или её, вообще, не было? Медленная, тягучая, в которой можно пропускать дни, месяцы, годы на «пожить для себя», побездельничать, подумать, перебеситься в конце концов! И, если не сдохнуть от «секс драгз энд рок-н-ролл», то очиститься и успеть, многое очень успеть сделать. Можно было прийти к какой-то «правильной» жизни-деятельности от ничегонеделанья, созерцания и ниочёмнедуманья. Где сейчас на это время? Эти гэпы исчезли. Точнее, они есть, но в них нет покоя. Думаю, в них уже не наступает прозрения. Время покоя и созерцания ушло навсегда. Время возникновения понимания и знания из ниоткуда ушло безвозвратно. Тебе просто не дадут так замедлиться! Время, когда ты искал эмоции, сменилось временем, когда ты должен прятаться от них! Расслабься — и жизнь смолотит тебя вмиг. Осталось ещё несколько секунд до того момента, когда о тебе будут знать всё не только те, кому по долгу службы, так сказать, положено, но просто все, кому будет интересно и все, кто хочет тебе навязать свой выбор — купи ракушку, купи счастливый билет, купи, купи, выбери, реши, реши, выбери, сделай так! Они будут толкать тебя, как кутёнка, в правильном (божимой! конечно же, правильном! — о тебе же заботятся!) направлении — в магазине, на отдыхе, в поликлинике! Чипы, камеры, профили, аккаунты, пароли, личные (хм, уже псевдоличные) данные… Нас уже нет, мы части этих гаджетов, артефактов. Мы — часть виртуальности. Диджитализация! Диджитализация личности. Оцифруйте мою жизнь, м-р Джармуш! Нет, это не к Вам, извините… Но Вам спасибо! Вы помогли мне проностальгировать по бесследно ушедшему...
В Рождество все немного волхвы.
В продовольственных слякоть и давка.
Из-за банки кофейной халвы
производит осаду прилавка
грудой свертков навьюченный люд:
каждый сам себе царь и верблюд.
Сетки, сумки, авоськи, кульки,
шапки, галстуки, сбитые набок.
Запах водки, хвои и трески,
мандаринов, корицы и яблок.
Хаос лиц, и не видно тропы
в Вифлеем из-за снежной крупы.
И разносчики скромных даров
в транспорт прыгают, ломятся в двери,
исчезают в провалах дворов,
даже зная, что пусто в пещере:
ни животных, ни яслей, ни Той,
над Которою - нимб золотой.
Пустота. Но при мысли о ней
видишь вдруг как бы свет ниоткуда.
Знал бы Ирод, что чем он сильней,
тем верней, неизбежнее чудо.
Постоянство такого родства -
основной механизм Рождества.
То и празднуют нынче везде,
что Его приближенье, сдвигая
все столы. Не потребность в звезде
пусть еще, но уж воля благая
в человеках видна издали,
и костры пастухи разожгли.
Валит снег; не дымят, но трубят
трубы кровель. Все лица, как пятна.
Ирод пьет. Бабы прячут ребят.
Кто грядет - никому не понятно:
мы не знаем примет, и сердца
могут вдруг не признать пришлеца.
Но, когда на дверном сквозняке
из тумана ночного густого
возникает фигура в платке,
и Младенца, и Духа Святого
ощущаешь в себе без стыда;
смотришь в небо и видишь - звезда.
Январь 1972
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
