Всюду она находила его следы, он везде искал её. Он скучал, и пытался неуклюже ухаживать. Он всегда был неуклюж, когда становился самим собой. Два дня он жил ею.
Они не совпали во времени. Она была пуста. Работал принцип сообщающихся сосудов.
Он принял бы её равнодушие, её холодность. Они только распалили бы его.
Дурным голосом она начала говорить о них, о том, как им хорошо, о том, как им было плохо, когда он не слушал её. Ведь им было хорошо обоим, не только ей, ведь так?
«Зануда» - сказал он. И ушёл. Ушёл свободным.
Это был её подарок к юбилею.
Конькобежец и первенец, веком гонимый взашей
Под морозную пыль образуемых вновь падежей.
Часто пишется казнь, а читается правильно — песнь,
Может быть, простота — уязвимая смертью болезнь?
Прямизна нашей речи не только пугач для детей —
Не бумажные дести, а вести спасают людей.
Как стрекозы садятся, не чуя воды, в камыши,
Налетели на мертвого жирные карандаши.
На коленях держали для славных потомков листы,
Рисовали, просили прощенья у каждой черты.
Меж тобой и страной ледяная рождается связь —
Так лежи, молодей и лежи, бесконечно прямясь.
Да не спросят тебя молодые, грядущие те,
Каково тебе там в пустоте, в чистоте, сироте...
10—11 января 1934
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
