Давным-давно в пионерлагере «Сосновый бор» вожатый второго отряда, студент педагогического института, задумал поставить спектакль. Сценарий спектакля он написал сам. Там были: маг в темно синем колпаке с золотыми звездами, добрая фея с кисейными прозрачными крыльями, проказливый бесенок и добрый десяток статистов, у которых вся роль состояла из одного, много двух слов. Ну, и конечно, присутствовали красавица принцесса и благородный принц. Куда же без них?!
Чтобы его подопечные поскорее вжились в роли, вожатый предложил им вести себя так, будто и в жизни они стали героями его пьесы. Это предложение было подхвачено с энтузиазмом, особенно подростком, которому была поручена роль мелкого беса. Так что вожатому пришлось выслушать потом не одну жалобу от завхоза и прочей лагерной обслуги на проказы этого артиста.
Глядя, как его актеры увлеченно осваивают роли, вожатый предвкушал шумный успех своего спектакля. Однако его подстерегало глубокое разочарование. Оказавшись на импровизированной сцене, которую установили под открытым небом неподалеку от столовой, исполнители под взглядами зрителей путали текст, были скованны и, вообще, не похожи сами на себя. Не удивительно, что после представления вожатый зарекся впредь иметь дело с малолетними артистами.
О своем разочаровании он вслух говорить не стал, но по его кислому лицу актеры сами догадались о провале затеянного им предприятия. Однако, в отличие от него, особых переживаний несостоявшиеся лицедеи не испытывали, и на другой уже день почти все они стали прежними легкомысленными мальчишками и девчонками.
Даже самозабвенно предававшийся своей роли шкодливой нечисти подросток превратился в обычного юнца с очевидными хулиганскими наклонностями.
Только принц и принцесса никак не хотели меняться и продолжали вести себя так, будто им снова когда-нибудь предстояло выйти на сцену.
Эти двое настолько увлеклись своими ролями, что до сих пор, несмотря на то, что у них три года назад уже родился первый внук, все никак не выходят из образа. И всякий раз, отмечая годовщину своей свадьбы, они вспоминают добрым словом вожатого, который поставил для них такой прекрасный, хотя и забытый всеми другими, спектакль.
Олег Поддобрый. У него отец
был тренером по фехтованью. Твердо
он знал все это: выпады, укол.
Он не был пожирателем сердец.
Но, как это бывает в мире спорта,
он из офсайда забивал свой гол.
Офсайд был ночью. Мать была больна,
и младший брат вопил из колыбели.
Олег вооружился топором.
Вошел отец, и началась война.
Но вовремя соседи подоспели
и сына одолели вчетвером.
Я помню его руки и лицо,
потом – рапиру с ручкой деревянной:
мы фехтовали в кухне иногда.
Он раздобыл поддельное кольцо,
плескался в нашей коммунальной ванной...
Мы бросили с ним школу, и тогда
он поступил на курсы поваров,
а я фрезеровал на «Арсенале».
Он пек блины в Таврическом саду.
Мы развлекались переноской дров
и продавали елки на вокзале
под Новый Год.
Потом он, на беду,
в компании с какой-то шантрапой
взял магазин и получил три года.
Он жарил свою пайку на костре.
Освободился. Пережил запой.
Работал на строительстве завода.
Был, кажется, женат на медсестре.
Стал рисовать. И будто бы хотел
учиться на художника. Местами
его пейзажи походили на -
на натюрморт. Потом он залетел
за фокусы с больничными листами.
И вот теперь – настала тишина.
Я много лет его не вижу. Сам
сидел в тюрьме, но там его не встретил.
Теперь я на свободе. Но и тут
нигде его не вижу.
По лесам
он где-то бродит и вдыхает ветер.
Ни кухня, ни тюрьма, ни институт
не приняли его, и он исчез.
Как Дед Мороз, успев переодеться.
Надеюсь, что он жив и невредим.
И вот он возбуждает интерес,
как остальные персонажи детства.
Но больше, чем они, невозвратим.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
