А что думать-то? Дом – работа, работа – дом. На работе – начальница, дома – одна. Ну, ладно, выходит – работа. Рябов. Фамилия уродская, а сам ничего такой. Но боится меня, тушуется. А он ведь даже неглупый. И здоровый. В зал, наверное, ходит. Костя Рябов. Но он заикается. Чёрт, а ведь он только со мной заикается! А что я ему сделала? Ну, наорала пару раз, выговор влепила. Подкалываю иногда... Оштрафовала как-то. Стерва. Есть ещё Прошин Олег. Не, зануда хуже меня. А где новенький? Вчера же должен был появиться…
***
– Ко-о-остя, вставай!
– Мама, у меня же будильник стоит! – продираю глаза.
Запах оладушек и кофе с молоком подкрадывается ко мне, ненастойчиво проникает в нос, а мозг уже настойчиво дает команду идти на запах.
– Умойся хоть!
– Да ладно тебе, мам.
Сегодня я подойду к ней. Ну и что, что начальница! Вот, Сенька давно зовёт меня в начальники к себе в шарашку. Возьму, да и пойду. А ей сегодня же признаюсь.
***
– Саша! Надень галстук! Твой первый рабочий день! Александр, посмотри, вот этот очень хорош!
– Мама! То, что я сегодня у тебя переночевал ещё не значит, что я вернулся в детство! «Не сметь командовать середняком»! Ты же знаешь, я не выношу давления! Галстуки пусть носят клерки. Я – свободный художник!
– Да уж. Нарисуй себе жену, наконец, на новой работе. Художник!
***
– Планёрка должна была начаться пять минут назад. Почему тусим, за чей счет курим? У меня есть заместитель? Да ну, есть! А почему не замещаешь, Прошин? Штраф. Наташе сам скажешь, чтоб оформила. – Алиса Андреевна стремительно вошла в переговорную. Пятно красной помады чувственных губ, глаза с прищуром, хмурый излом густых бровей, невысокие шпильки и деловой брючный (ах, почему брючный?) костюм. Красный лак. Конечно, красный, а какой ещё?
Все встрепенулись, Оленька пискнула, Костя улыбнулся, Прошин выронил сигарету.
– Стерва, – прошептал (не достаточно тихо) Прошин. – Тварь.
– Фантастическая женщина! – неожиданно (в том числе и для себя) громко и чётко в образовавшейся тишине сказал Саша.
Все окончательно смутились и замолкли. Алиса осеклась, взглянула на Сашу, глаза их встретились, и она улыбнулась. Первый раз её увидели улыбающейся.
– Тварь! – прошептал Рябов. – Фантастическая тварь, – уже отчетливо произнёс он и стремглав вышел из комнаты.
Нет, он не сам собой явился
Но его образ жил как ген
И в исторический момент
В Милицанера воплотился
О, древний корень в нем какой!
От дней сплошного Сотворенья
Через Платоновы прозренья
До наших Величавых дней
* * *
Когда здесь на посту стоит Милицанер
Ему до Внукова простор весь открывается
На Запад и Восток глядит Милицанер
И пустота за ними открывается
И Центр, где стоит Милицанер —
Взгляд на него отвсюду открывается
Отвсюду виден Милиционер
С Востока виден Милиционер
И с Юга виден Милиционер
И с моря виден Милиционер
И с неба виден Милиционер
И с-под земли...
Да он и не скрывается. 1976
* * *
Милицанер гуляет в парке
Осенней позднею порой
И над покрытой головой
Входной бледнеет небо аркой
И будущее так неложно
Является среди аллей
Когда его исчезнет должность
Среди осмысленных людей
Когда мундир не нужен будет
Ни кобура, ни револьвер
И станут братия все люди
И каждый — Милиционер 1978
* * *
В буфете Дома Литераторов
Пьет пиво Милиционер
Пьет на обычный свой манер,
Не видя даже литераторов
Они же смотрят на него.
Вокруг него светло и пусто,
И все их разные искусства
При нем не значат ничего
Он представляет собой Жизнь,
Явившуюся в форме Долга.
Жизнь кратка, а Искусство долго.
И в схватке побеждает Жизнь. 1978
* * *
Звезда стоит на небе чистом
За нею — тьма, пред нею — сонм
И время ходит колесом
Преобразованное в числа
Сквозь воронку вниз стекает
В тот центр единицы мер
Где на посту Милицанер
Стоит и глаза не спускает
* * *
Нет, он совсем не офицер
Не в бранных подвигах лучистых
Но он простой Милицанер
Гражданственности Гений Чистый
Когда проснулась и взошла
В людях гражданственности сила
То от природности она
Милицанером оградилась
И это камень на котором
Закон противопоставлен Силе
* * *
Вот Милицанер стоит на месте
Наблюдает все, запоминает
Все вокруг, а вот его невеста —
Помощь Скорая вся в белом подлетает
Брызг весенних веер поднимает
Взявшись за руки они шагают вместе
Небеса вверху над ними тают
Почва пропадает в этом месте. 1978
* * *
Пока он на посту стоял,
Здесь вымахало поле маков,
Но потому здесь поле маков,
Что там он на посту стоял
Когда же он, Милицанер,
В свободный день с утра проснется,
То в поле выйдет и цветка
Он ласково крылом коснется. 1978
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
