Он развелся с женой полгода назад и вот среди чужой, бездушной обстановки гостиничного номера вновь ощутил острую боль своего сиротства. И тогда, опираясь двумя руками о подоконник распахнутого настежь окна, он заглянул в глубь ночного неба. Воздух был чист, и звезды завораживали разум холодным мерцаньем. Сами собой в памяти всплыли стихи семилетнего сына:
Звезды за окошком
Рассыпаются горошком.
Мама мой покой хранит –
Я уснул, она не спит.
Боль сиротства стала еще сильнее. Он скрипнул зубами и перевел взгляд вниз. С девятого этажа город за окном показался частью смежной вселенной. Улицы праздно млели в мареве фонарей и разноцветье рекламных всполохов. Он лег грудью на подоконник и заглянул за карниз. «Вот тебе и удобный случай, - подумал он, - свести единым махом счеты с жизнью. Стоит лишь отпустить подоконник и оттолкнуться от пола ногами… Как все это, однако, просто». Он выпрямился и, тяжело вздохнув, отошел от окна, а потом, стараясь не думать о себе, как о трусливом ничтожестве, привычно побрел покупать водку.
Продолжается долгая повесть
безо всякой сюжетной канвы,
дождь полощет шершавую полость —
полость рта пациентки Москвы.
Распласталась на каменном кресле
и боится, предчувствуя боль,
краном в корни окраин залезли,
как машинкой с приставкою «бор».
Не кричать... Потерпеть полминуты...
Не кусать за мизинец врача...
Влажным воздухом клёны надуты,
заговоры свои лепеча.
Феб с фронтона Большого театра
не успел поменять лошадей...
Жизнь и смерть и леченье — бесплатно
Пожалей её, ну, пожалей.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
