На берегу, где я укладываю в лодку удочки, вдруг появляется светло-рыжая корова. Следом за ней ковыляет древняя старуха в белом платочке, на ходу речитативом выговаривая укоры своей Буренке. Я машинально переставляю в монологе бабки порядок нескольких слов, и у меня, к собственному удивлению, получаются стихи:
Зорька, Зорька, ты куда?
Ты бочком уходишь от меня.
Я тебя ли в поле не вожу,
Я тебя ли сеном не кормлю.
Что ж теперь мне бегать за тобой,
За твоей шальною головой?
Хворостину вот сейчас возьму
И тебя до дому отведу.
***
Что ни говорите, а в деревне поэзия, видимо, в своих естественных условиях бытует. Вот городу с его разными высокотехнологическими штучкам она, похоже, без особой надобности. Ну, разве что, как ностальгия по утерянному раю.
Бессмысленное, злобное, зимой
безлиственное, стадии угля
достигнувшее колером, самой
природой предназначенное для
отчаянья, - которого объем
никак не калькулируется, - но
в слепом повиновении своем
уже переборщившее, оно,
ушедшее корнями в перегной
из собственных же листьев и во тьму -
вершиною, стоит передо мной,
как символ всепогодности, к чему
никто не призывал нас, несмотря
на то, что всем нам свойственна пора,
когда различья делаются зря
для солнца, для звезды, для топора.
1970
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
